***

США и Лукашенко: политзаключенные в обмен на снятие санкций

После пяти раундов освобождений политзаключенных в Беларуси около 500 человек находятся на свободе, сотни - еще за решеткой. Что известно о "белорусской схеме", которую США могут применить и к России?

Посланники президента США приезжают в Минск, а после их встреч с правителем Беларуси Александром Лукашенко из тюрем выходят политзаключенные. В ответ Вашингтон разрешает операции с отдельными предприятиями или исключает их из санкционных списков. Но за объявлениями об очередном освобождении остаются вопросы: кто выбирает людей, почему одних высылают за границу, а другим разрешают остаться дома и как долго могут продолжаться такие сделки. Тема важна и для российской оппозиции: Дональд Трамп готов попробовать то же самое с Москвой.

Кто составляет списки освобожденных?

Американцы приезжают с пожеланиями, оппозиция и правозащитники передают свои имена, но последнее слово всегда остается за Лукашенко. "Списки менялись в самый последний момент", - рассказал после освобождения в июне 2025 года советник лидера белорусских демократических сил Светланы Тихановской Франак Вячорка. Офис Тихановской просил выпустить журналистов и известных политзаключенных, а вышли в основном те, кто связан с другими странами: лица с двойным гражданством и работавшие на иностранные СМИ.

Так, 11 сентября 2025 года было объявлено об освобождении 52 заключенных. На брифинге в Вильнюсе спецпредставитель президента США Джон Коул прямо сказал, что и число освобождаемых, и состав группы определила белорусская сторона. Вашингтон, по его словам, продолжал добиваться освобождения всех. Предложения оппозиции могут попадать в переговорную повестку. В феврале 2025 года Светлана Тихановская рассказывала, что ее команда передавала американцам гуманитарный список с фамилиями людей в особенно тяжелом физическом состоянии. Освобожденная тогда Елена Мовшук входила в перечень. Но наличие фамилии в таком списке не гарантирует освобождение в ближайшем раунде.

Кто входит в команду переговорщиков?

Состав переговорных делегаций не раз менялся. В июне 2025 года делегацию возглавлял спецпосланник Дональда Трампа по Украине Кит Келлог. С ним приехали Джон Коул и заместитель помощника госсекретаря Кристофер Смит. Позднее главным публичным переговорщиком стал Коул, получивший должность специального посланника по Беларуси. Он юрист, а не кадровый дипломат. В сентябре 2026-го вместе с Коулом в Минск приехал дипломат Кристофер Панико, он заменил Смита. Панико уже работал в Беларуси в составе миссии Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе, его даже задерживали силовики, однако спешно освободили после поднявшегося резонанса. Так что Панико хорошо знаком с реалиями режима Лукашенко.

С белорусской стороны ключевой участник - сам Лукашенко. Вместе с ним в переговорах участвовали председатель КГБ Иван Тертель и постоянный представитель Беларуси при ООН Валентин Рыбаков. На последних на данный момент переговорах присутствовал также премьер-министр Александр Турчин. Это показывает, что переговоры ведутся одновременно на политическом, дипломатическом и силовом уровнях.

***

Что происходит на планете и в каждом конкретном городе

прямо сейчас и в любой грядущий день, можно узнать тут:

https://ixyt.info/ru/USA/Brownsville

Вставляйте в эту ссылку нужный город!

***

Белорусская оппозиция за столом переговоров в Минске не присутствует. Она общается с американцами отдельно, передает сведения о заключенных и обсуждает дальнейшие действия. Джон Коул публично не распространяется о контактах с командой Тихановской, чтобы не раздражать Лукашенко. При этом когда освобожденных привозили в посольство США в Вильнюсе, их на американской территории встречала и лидер белорусской оппозиции.

Какие санкции отменяют?

Только введенные США, и каждый раз - точечно. Так, ограничения уже сняли с национальной авиакомпании "Белавиа", затем с калийных удобрений, далее - с белорусских банков и двух предприятий - "Лакокраска" и "Беллесбумпром". Как пояснял Джон Коул, американцы изучают, что могут предложить белорусской стороне, далее следуют их ожидания и обсуждение. По тону публичных сообщений видно раздражение Лукашенко, который указывает, что белорусские средства все еще остаются замороженными в Соединенных Штатах. Среди "бонусов", которые Вашингтон предлагает Минску, звучит также приглашение Лукашенко в Америку.

Но главный вопрос - транзит калия через европейские порты. Послабления со стороны США не открывают калию дорогу через литовские порты, а Евросоюз свои санкции не смягчил. Госдепартамент США еще весной просил Украину, Польшу и Литву пропустить белорусский калий, но безуспешно. После сентябрьской встречи Коул снова получил отказ в Вильнюсе и Риге. Пока в США отправилась первая партия белорусских удобрений - через российские порты. Экономически это не так выгодно, как поставки через Клайпеду. Речи об отмене санкций, введенных за соучастие Беларуси в войне России против Украины, даже не ведется.

Как проходят переговоры?

Это длительный процесс: контакты между представителями двух стран, личные встречи с Лукашенко, согласование очередной группы и ответных шагов США. Публичный визит - лишь та часть работы, которую стороны решили показать. Календаря встреч и переговоров нет. В начале 2025 года американцы добивались прежде всего освобождения своих граждан, параллельно обсуждая судьбу белорусских политзаключенных. Постепенно переговоры перешли к более крупным группам. Переговоры охватывают не только тему политзэков. На июньской встрече 2025-го обсуждали американские и европейские санкции, войну в Украине, ситуацию на Ближнем Востоке и отношения Минска с Москвой и Пекином. По словам пресс-секретаря Лукашенко Натальи Эйсмонт, переговоры длились шесть с половиной часов. А раунд в конце 2025 года проходил два дня, 12 и 13 декабря.

Торг при этом жесткий: перед сентябрьским визитом стороны говорили о выходе примерно 200 человек на свободу, итог - 25 освобождений. Политический аналитик Артем Шрайбман считает, что Лукашенко недоволен малой экономической отдачей и "придержал" людей. Коул назвал итог промежуточным и обещал вернуться в Минск через месяц. Европейские страны участвуют в этом процессе, хотя это не означает согласия снять санкции ЕС. Так, Литва и Польша принимают освобожденных, которых белорусские власти выдворили за границу.

Каково влияние оппозиции?

Оппозиция может привлекать внимание к конкретным людям, передавать списки и медицинскую информацию, обсуждать условия освобождения с партнерами. Но она не распоряжается санкциями США и не может заставить Лукашенко включить конкретного человека в очередную группу. Тихановская приветствует освобождения и благодарит американскую сторону, одновременно призывая продолжать работу до выхода всех политзаключенных. После освобождения 25 человек в минувшем сентябре она отдельно попросила США и Европу координировать усилия.

При этом в оппозиционной среде нет единого мнения о дальнейших уступках Лукашенко. Бывшая политзаключенная Мария Колесникова призывала европейцев вступать в диалог с Минском: по ее мнению, изоляция усиливает зависимость Беларуси от России. Правозащитник и лауреат Нобелевской премии мира Алесь Беляцкий выразил сомнение в готовности Лукашенко менять систему и объяснил его переговоры экономическими трудностями. Большинство представителей оппозиции убеждены, что европейские санкции отменять не следует, и подчеркивают, что санкции, введенные за помощь Лукашенко Кремлю в войне против Украины, следует сохранить и даже усилить.

Известно ли заранее, кто выйдет на свободу?

Иногда появляются признаки подготовки, но подтвержденного публичного списка нет. Списки, которые передают правозащитники и оппозиция, нельзя считать анонсом ближайшего освобождения. Даже сведения о перемещении человека или сообщение родственникам еще не означают, что договоренность будет выполнена. В минувшем сентябре журналист Андрей Александров после приезда в Литву рассказывал, что он заметил признаки возможного освобождения, но уверенность появилась только после пересечения границы. 

Коул тогда же говорил, что обсуждавшееся число людей неоднократно менялось. Неопределенность может касаться и маршрута. В декабре 2025 года большинство освобожденных оказались в Украине, в Литву привезли только одного человека - Беляцкого. По словам Тихановской, направление изменили в последний момент. Лукашенко таким образом, по ее словам, держит общество в напряжении и пытается напакостить оппонентам режима.

Что требуют от политзаключенных для освобождения?

Часть политзаключенных вынуждают написать прошение о помиловании на имя Лукашенко. Но такой документ не дает никаких гарантий: на свободу выходят как те, кто его подписал, так и те, кто из принципа отказался. Из 500 освобожденных около 200 смогли остаться в стране, остальных принудительно вывезли за границу. При этом у осужденных не спрашивают их мнения, несколько групп освобожденных на границу везли с натянутыми на глаза шапками, закрепленными скотчем, чтобы они не могли видеть маршрут. Люди вспоминали, что до последнего не знали, едут ли они на свободу или в СИЗО из-за нового уголовного дела. 

Часть наиболее известных заключенных перед освобождением на некоторое время привозят в СИЗО КГБ: некоторых - с целью банально откормить, чтобы после освобождения они не выглядели столь изнеможенными. Такое заключение может длиться месяцами. Иногда политзаключенных, которые уже ждут освобождения, после наблюдения в КГБ снова отправляют в колонию - так произошло с блогером Игорем Лосиком. В большинстве случаев освобожденных на день-два привозят в СИЗО под Минском, откуда на автобусах вывозят за границу.

Схему с принудительным вывозом "сломал" политик Николай Статкевич, который уже на границе выбил ногой двери и отказался следовать в Литву. Несколько месяцев ничего не было известно о его судьбе. Позже он нашелся в белорусской тюрьме, где пережил инсульт. Только после этого его освободили и позволили остаться в Минске, где он находится под постоянным наблюдением силовиков. После инцидента на границе со Статкевичем часть политзаключенных после освобождения смогли остаться в Беларуси, однако решение об этом все равно принимают власти страны.

Юридические основания освобождения большинству освобожденных неизвестны. Даже обращения в госорган с вопросом, было ли это помилование, остаются без ответа. Людям не выдают документы в колонии, как при обычном освобождении, некоторых выдворяют из страны без паспортов, некоторым их аннулируют постфактум. Некоторых политзаключенных силовики убеждали молчать после освобождения - мол, от их поведения зависит, выйдут ли на свободу другие заложники режима. Этого потребовали, в частности, от Сергея Тихановского. На следующий день после освобождения он выступил на пресс-конференции, и это не отразилось на сроках освобождения следующей группы.

Уменьшается ли число политзаключенных после переговоров?

Почти нет. В сентябре 2024 года правозащитный центр "Вясна" насчитал в Беларуси 1370 политзаключенных, в апреле 2026-го - 922, а после проверки списка - 839 (часть людей уже вышла после отбытия срока). После мартовских освобождений в список добавили более 200 человек, и теперь в нем - 876 фамилий.

Спецпредставитель президента США Коул поднимал тему новых арестов еще весной, но Лукашенко ответил, что репрессий в стране нет, а нарушителей закона продолжат отправлять за решетку. Правозащитники обращают внимание, что если власти не остановят репрессии, американцам придется годами снимать санкции за людей, на место которых Минск сажает новых. Вот только в американском санкционном портфеле нет такого числа ограничений.

Автор Дарья Бернштейн

Источник - https://p.dw.com/p/5NfEb

***

О чем молчат жены политзаключенных: истории 15 женщин

"Для таких тем нет хорошего времени", - говорит психолог Ольга Величко. Она собрала истории жен политзаключенных, которые в одиночку растят детей, поддерживают мужей в тюрьме и пытаются сохранить себя.

"Как дела у мужа?" - этот вопрос жены политзаключенных слышат постоянно. Гораздо реже их спрашивают о том, как живут они сами. Психолог Ольга Величко дала слово этим женщинам. В ее новую книгу войдут 15 историй - три публичные и двенадцать, в которых женщины пожелали сохранить анонимность. Среди героинь   - Светлана Тихановская, с которой автор поговорила за неделю до освобождения Сергея Тихановского, Олеся Рак, жена экс-политзаключенного журналиста Радио Свобода Андрея Кузнечика, и Ольга Ивашина, чей муж, журналист Денис Ивашин, находится в тюрьме с марта 2021 года. Презентация книги ожидается в ноябре 2026 года.

Женщины находятся в постоянном эмоциональном напряжении

Ольга Величко уже пять лет работает с семьями политзаключенных. Записывать их рассказы она начала не для того, чтобы после их издать, а чтобы понять, как помочь этим людям. "Те подходы, которые с которыми я работала до этого, помогали мало или не помогали совсем", - признается психолог. Из этих записей выросла книга о детях политзаключенных. Одновременно Ольга сталкивалась с переживаниями их жен и поняла, что этот опыт требует отдельной книги.

По словам Величко, с момента задержания мужа женщины находятся в постоянном эмоциональном напряжении. До суда у многих теплится надежда на освобождение, даже если умом они понимают, что это невозможно: "Очень трудно смириться с тем, что я не увижу мужа ближайшие три, пять, десять, а может и пятнадцать лет". На фоне этого у женщин часто случаются перепады настроения, нарушается сон, могут начаться проблемы со здоровьем. Еще одним испытанием становится этапирование в колонию. Несколько недель женщина не знает, где ее муж, не получает никаких писем и известий. "Страх рисует ужасные картины: его избили или не кормят", - говорит Величко.

Женщины вынуждены экономить и перераспределять средства

Когда мужчину привозят в колонию, женщинам приходится принять, что разлука продлится долго, научиться жить в новых условия и подготовить к этому детей. На женщину ложатся не только заботы о детях и доме, но и расходы, связанные с заключением мужа: услуги адвоката и передачи требуют немалых денег. Женщины вынуждены экономить и перераспределять средства. "Жены рассказывают, что покупают колбасу или орехи -  детям отложили, мужу отложили, а сама обойдусь", - рассказывает Величко. 

Также, по ее словам, огромный пласт проблем связан с детьми: стресс из-за ареста отца, школа, проблемы со здоровьем. Психолог отмечает, что многие женщины обижены на своих мужей, потому что те "выбрали революцию, а не безопасность семьи". Жены живут в постоянном ожидании связи с мужем и очень болезненно переживают, когда, к примеру, переписка обрывается. Если женщина знает, что должен быть звонок из колонии, то она целый день ходит с телефоном, боясь его пропустить, добавляет Величко. Также в книгу вошла история о том, как проходят свидания с политзаключенными. По словам психолога, в белорусской пенитенциарной системе это становится еще одним испытанием.

"Жена задумывается, а выдержу ли я это все?"

"Жена задумываются, а выдержу ли я это все? А может быть, лучше развестись? Женщины, у которых нет детей, а мужей осудили, например, на десять и больше лет, думают о том, смогут ли они стать мамой, - рассказывает психолог. - Возникают вопросы о сексуальной жизни. Отдельные моменты связаны с коммуникацией с родителями мужа". Жены известных политзаключенных часто признаются, что в какой-то момент теряют свою субъектность и становятся просто "передатчиками" новостей из тюрьмы. "Ее начинают ассоциировать с мужем. Для некоторых женщин, которые сами публичны, это большое испытание", - считает Величко.

При этом, по ее словам, в обществе для жен политзаключенных существует негласный запрет на проявление радости: если женщина улыбается, накрасила губы или выставила счастливую фотографию, "возникают вопросы, наверное, она себе кого-нибудь нашла". По наблюдениям психолога, общество требует, чтобы женщина оставалась сильной, женой героя, и не показывала ни радость, ни свои проблемы. Это давление не исчезает и после освобождения политзаключенного: если женщина начинает ярче одеваться, делать макияж или просто чаще улыбаться, окружающие нередко связывают это исключительно с возвращением мужа.

После освобождения мужа проблемы не заканчиваются

По словам Величко, в целом с освобождением политзаключенного многие проблемы в семье только начинаются. В тюрьме мужчина проходит через жесткие условия содержания, тяжелый труд и отвыкает от человеческого тепла. В то же время женщина учится жить без мужа. "Мужчина отвык от тактильности, жена отвыкла, они друг друга узнают заново, - рассказывает Велично. - Женщина научилась оптимизировать все в семье, в хозяйстве, и она, и дети знают, как что делать. И у мужей довольно часто на этом фоне возникает вопрос: "А я здесь лишний?".

Психолог уверена, чтобы пережить это, сложившаяся система "должна видоизмениться под мнение второго взрослого человека", что требует огромных усилий. Кроме того, мужчины часто не догадываются, с какими проблемами сталкивались жены во время их заключения. Женщина хочет поговорить о своем опыте, а муж к этому не готов. "Одна из жен делилась со мной, что муж сказал ей, что "не надо геройствовать, ты ничего такого не сделала", - делится Величко. - Почти все мужчины говорят: "Я тебя об этом не просил".

Почему книга может многим не понравиться?

Величко также подчеркивает, что политзаключенные - это не однородная группа, а очень разные люди. По ее словам, общество нередко склонно их идеализировать, однако за этим образом стоят разные характеры, жизненный опыт и модели поведения. Поэтому в своей книге она поднимает вопросы домашнего насилия, финансового давления со стороны мужчин: "В книжке есть один из примеров, когда бывший политзаключенный изнасиловал свою жену. Там будут описаны моменты, как мужья требовали от жен отсчетов за то, сколько денег они потратили".

Величко не исключает, что ее книга понравится далеко не всем, потому что многие считают, что "сейчас не время говорить о судьбе женщин". "Для таких тем никогда нет хорошего времени. Хорошее время, наверное, через 70 лет или через 80, когда уже это все не болит. Я уверена, что чем раньше наше общество начнет отходить от этой героизации, от поиска, на кого бы сильного опереться, лишь бы побыть слабыми, тем быстрее мы придем к тем переменам, про которые мы говорили шесть лет назад", - говорит психолог.

Автор Татьяна Гаргалык

Источник - https://p.dw.com/p/5NfON