***

В Беларуси усиливают контроль над эмигрантами и призывниками

Правозащитники заявили о росте давления на белорусов в эмиграции, их семьи, а также усилении контроля внутри страны.

Белорусский Хельсинкский комитет (БХК) представил обзор "Права человека в Беларуси: основные тренды государственной политики" за январь - апрель 2026 года. В документе говорится о расширении практик трансграничных репрессий, усилении коллективной ответственности и росте военного контроля над гражданами. Авторы обзора также обращают внимание на изменения в законодательстве, которые, по их мнению, укрепляют вертикаль власти и создают дополнительные механизмы государственного контроля.

Давление на людей за границей

Власти стали еще активнее давить на людей, уехавших из страны, отмечают правозащитники. Одной из главных мер стало аннулирование паспортов бывших политзаключенных, включая тех, кого ранее насильно вывезли за рубеж. К концу марта 2026 года зафиксировали минимум 16 таких случаев.

Формально аннулирование паспорта не лишает человека гражданства, объясняет юрист Екатерина Дейкало: "Но на деле он остается вообще без документов. Без паспорта нельзя устроиться на работу, открыть счет, арендовать жилье или получить медицинскую помощь. Это унижает человеческое достоинство и лишает возможности нормально жить".

Такая политика продолжает действие "паспортного указа", из-за которого тысячи белорусов за рубежом и их дети не могут обновить документы. Правозащитники уверены: государство специально отказывается защищать своих граждан, используя это как инструмент давления.

Появились и другие тревожные новости. По данным правозащитного центра "Вясна", осужденных к ограничению свободы, так называемой "химии", которые еще ждут апелляции, заставляют подписывать заявления, в которых указано, что при повторном нарушении закона их могут насильно выдворить из страны. И такие случаи уже стали массовыми.

Также продолжается преследование за участие в политических демонстрациях за границей. Так, силовики и в этом году возбудили уголовное дело в отношении белорусов, которые на День воли 25 марта вышли на марши в Варшаве и Вильнюсе. После этого по всей стране прошли обыски у их родственников в Беларуси.

Под ударом оказались близкие и родственники

Правозащитники обращают внимание, что одновременно в Беларуси усиливается принцип коллективной ответственности, когда за одного человека фактически наказывают всю его семью. В марте 2026-го "экстремистским формированием" признали чат родственников людей, находящихся в СИЗО №1 в Колядичах под Минском. В нем состояло около 1800 человек, среди которых были близкие не только политических, но и обычных заключенных.

В чате люди помогали друг другу: рассказывали, как собирать передачи, занимать очереди и какие правила действуют в СИЗО. Позже "экстремистскими" признали еще десять чатов в Telegram, девять в Viber и три группы во "ВКонтакте", которые объединяли родственников осужденных по всей стране. Теперь за участие в таких сообществах людям может грозить уголовное преследование.

***

Что происходит на планете и в каждом конкретном городе

прямо сейчас и в любой грядущий день, можно узнать тут:

https://ixyt.info/ru/USA/Hell's-Kitchen

Вставляйте в эту ссылку нужный город!

***

"Чтобы запугать людей еще сильнее, в эти чаты внедряют специальных ботов, - подчеркивают авторы обзора. - Как только человек пишет сообщение, бот тут же публикует его личный идентификационный номер, показывая, что никакой анонимности больше нет". Из-за этого, отмечают правозащитники, страдают и семьи обычных заключенных, которые просто искали бытовую информацию.

Наконец, в Беларуси начали увольнять людей, чьи родственники живут в так называемых "недружественных странах". В феврале 2026 года волна увольнений и отказов продлевать трудовые контракты прокатилась по госпредприятиям, в том числе военно-промышленного комплекса, а также коснулась руководителей гражданских организаций. Государство, считают авторы обзора, продолжает делить людей на категории и ограничивать в правах тех, у кого есть связи за границей.

Власти усиливают военный контроль

В начале года в Беларуси подписали указ №5, который меняет правила оформления различных документов. В частности, ввели специальную справку об отношении к воинской обязанности для мужчин. Выдают этот документ военные комиссариаты или КГБ. Действует справка всего полгода, а обязательной она стала для граждан призывного возраста от 18 до 27 лет при оформлении паспорта и ID-карты, водительского удостоверения, а также разрешения на покупку и хранение оружия.

Элементы жесткого военного учета теперь внедряются в самые обычные гражданские процедуры, которые раньше никак не были связаны с армией, отмечают правозащитники. На практике каждый мужчина призывного возраста теперь вынужден постоянно доказывать государству, что он не скрывается от армии и состоит на учете.

"За счет этого власти создают удобный механизм для постоянного обновления личных данных граждан. По сути, в стране разворачивается масштабная инфраструктура тотального контроля, тесно связанная с мобилизационной системой. Военный учет незаметно становится частью повседневной жизни", - подчеркивают авторы обзора.

Закон могут принять за десять дней

Появилась новая процедура в нормотворчестве - создание срочных законов. Применять такой режим можно по решению президента, главы его администрации, премьер-министра или их заместителей, если ситуация требует оперативного реагирования. На подготовку, согласование и юридическую экспертизу дается максимум десять рабочих дней. При необходимости этот срок может быть еще короче.

В БХК считают, что ускоренные процедуры и усиление вертикали власти стали продолжением курса, сформировавшегося после событий 2020 года, когда законодательство все чаще используется как инструмент управления и контроля.

Автор Дарья Бернштейн

Источник - https://p.dw.com/p/5Eiep

***

Белорусских политзаключенных заставляют работать на войну?

"Минимум 300 человек работало на "швейке" днем и ночью". Политзаключенные и правозащитники - о масштабах военного производства в белорусских колониях.

После начала полномасштабной войны России против Украины в белорусских колониях, по свидетельствам бывших заключенных и правозащитников, существенно вырос объем производства продукции военного и двойного назначения. Насколько в это вовлечены политзаключенные и могут ли они отказаться от такой работы?

"Минимум 300 человек работало на "швейке"

Бывший политзаключенный Олег Добрыднев, который отбывал наказание в ИК №2 в Бобруйске рассказал DW, что военное производство в его колонии было налажено по нескольким направлениям: "Цех №1 -"швейка": шевроны, белорусская и российская форма. Цех №3 - ящики для снарядов РСЗО "Град", минометов, прицелов". По его словам, то, что продукцию выпускают именно по заказу России, в колонии "особо не скрывали".

Добрыднев отмечает, что политзаключенных, как правило, к таким производствам не допускали, но иногда привлекали в рамках так называемых "дополнительных работ". Тогда они могли, к примеру, подрезать шевроны или разгружать ящики. Он также отмечает, что если в 2023 году ежедневно отгружали по 128 ящиков для снарядов "Град", то во второй половине 2024 года - уже по 256. Выросли и объемы швейного производства. "Минимум 300 человек работало на "швейке" днем и ночью", - добавляет Добрыднев.

Выпускали гробы и искусственные цветы

О том, что в белорусских колониях заключенных привлекают к производству тары для боеприпасов, на пресс-конференции 22 декабря в Вильнюсе заявил экс-политзаключенный Максим Сенник (ИК №2, Бобруйск). "Ящики - длина где-то 2 метра, ширина - 50 сантиметров. Это чисто для снарядов, я так понимаю. Плюс еще изготавливают ящики квадратные, большие довольно, сантиметров 80 на 50. Они вроде бы для пуль готовятся", - рассказал Сенник.

Журналисты "Новой газеты. Европа" также поговорили с бывшими политзаключенными из разных белорусских колоний. По словам их собеседников, в учреждениях, где они отбывали наказание, в основном изготавливали ящики для снарядов и шили камуфляж. Среди заказов, появившихся после начала войны, также упоминали гробы, пластмассовые похоронные цветы, одноярусные кровати - на упаковке одной из партий кроватей было указано, что они произведены в Подмосковье по заказу минобороны РФ.

"С высокой долей вероятности все ИК завязаны на нужды ВПК РФ"

"С высокой долей вероятности можно сказать, что производства всех исправительных колоний хоть в какой-то степени завязаны на нужды ВПК РФ", - говорит юрист правозащитного центра "Вясна" Олег Михалевич. По его словам, у правозащитников есть свидетельства из 11 белорусских ИК, где выпускается продукция военного либо двойного назначения - из четырех оставшихся просто не было респондентов.

Юрист отмечает, что чаще всего упоминаются деревянные ящики и другая упаковочная продукция для боеприпасов. Некоторые политзаключенные лично участвовали в погрузке крупных партий, а также видели российскую маркировку или назначение продукции - для РФ. Значительная часть свидетельств касается швейного производства: в колониях шили военную форму, камуфляж и элементы экипировки, а также текстиль для полевых нужд.

Секретные цеха в белорусских колониях?

В отдельных случаях, по словам Михалевича, речь идет о производстве гильз и других элементов боеприпасов. В колонии № 9, по рассказам экс-политзаключенных, существовал закрытый участок с ограниченным доступом, где их могли изготавливать. Юрист обращает внимание, что эта информация основана преимущественно на разговорах между заключенными. Также встречаются непроверенные, но не единичные сообщения о возможном производстве в таких же закрытых цехах компонентов для беспилотников.

По   словам Михалевича, бывшие политзаключенные не раз отмечали, что при выполнении "военных" заказов в колониях усиливался контроль, росли нормы выработки и продолжительность рабочего дня, а отказ от работы мог наказываться ШИЗО, лишением передач и дополнительным давлением. Кроме того, многие из этих производств потенциально опасны для здоровья - из‑за отсутствия защиты, тяжелых нагрузок и невозможности отказаться от работы.

При этом, отмечает правозащитник, известны случаи сопротивления или попытки избежать такой деятельности. Как правило, такие случаи индивидуальные, но были и исключения. Один из эпизодов касается отказа наносить символ "Z" на продукцию: "Респондент отмечает, что отказывались не только политические, но и другие заключенные. Люди воспринимали это не просто как производственную операцию, а как принуждение с целью демонстративной поддержки войны, и отказ был осознанным и массовым. В итоге администрация отказалась от практики принудительного нанесения "Z".

Михалевич добавляет, что многие свидетельства позволяют рассматривать такой труд не только как экономическую эксплуатацию, но и как форму морального давления на политзаключенных. "Через пенитенциарную систему людей вынуждают заниматься укреплением российской обороноспособности", - говорит юрист.

"На заводах такие детали делать невыгодно"

Свое расследование, посвященное участию белорусских предприятий в войне России против Украины, провело объединение бывших белорусских силовиков BelPol. По словам его представителя Владимира Жигаря, они опирались на документы, контракты и данные о поставках, оказавшиеся в распоряжении организации. В BelPol утверждают, что, помимо ящиков, в некоторых колония выпускают отдельные детали для РСЗО "Град". Также, по словам Жигаря, в исправительной колонии № 9, производят комплектующие для прицелов "Сосна‑У", используемых на российских танках Т‑72Б3 и Т‑80У.

Собеседник объясняет, что такие заказы передаются в колонии, в том числе по экономическим причинам: "На заводах такие детали делать невыгодно, а в колониях это дешевый труд, от которого заключенным невозможно отказаться". После эти комплектующие поступают на госпредприятия, где используются при сборке более сложных изделий. В качестве примера Жигарь приводит белорусское предприятие "Пеленг", чья продукция поставляется в Россию. Белорусские производства, таким образом, выступают промежуточным звеном, а получателями готовой продукции могут быть структуры Министерства обороны РФ и российские оборонные компании.

Автор Татьяна Гаргалык

Источник -https://p.dw.com/p/5EuSe

***

"Хочу забыть этот ад": истории иностранных политзаключенных

Бывшие политзаключенные-иностранцы - о пережитом в белорусских тюрьмах и трудностях после освобождения.

"Люди едут в Беларусь и даже не представляют, сколько там задерживают иностранцев и по каким причинам. Белорусская зона - это реальный ад. И туда может попасть любой", - считает бывший белорусский политзаключенный, гражданин Латвии Дмитрийс Михайловс. С 2020 года в Беларуси по политическим мотивам преследовали не менее 109 иностранцев, следует из данных правозащитного центра "Вясна". 16 из них до сих пор остаются в заключении. После освобождения многие сталкиваются с трудностями на родине. Три истории - у медиакомпании DW.

Экс-политзаключенного мобилизовали в Украине

"У тебя политическая статья и желтая бирка - значит, прав у тебя меньше, чем у людей с так называемым "низким статусом", - говорит экс-политзаключенный, украинец Александр Котович. За антивоенные комментарии он провел в местах лишения свободы более 2 лет. Александр жил в Минске с 2019 года, был женат на белоруске, строил карьеру в IT. После начала полномасштабной войны России против Украины мужчина писал комментарии в Telegram-канале "Беларусь за МКАДом", позже признанном "экстремистским формированием". Спустя полтора года его задержали.

Александра обвинили в разжигании вражды, создании "экстремистского формирования", оскорблении и клевете в адрес Александра Лукашенко, в том числе за слово "усатый". Котовича осудили на 5 лет лишения свободы. В ноябре 2025 года Александра и других украинцев освободили и передали Украине "в рамках договоренностей с США и по просьбе украинской стороны" - так объяснили это белорусские власти.

Однако его радость от возвращения домой была недолгой. В Украине Александр пытался добиться статуса гражданского пленного - до сих пор его присваивали только гражданским лицам, лишенным свободы Россией, но не Беларусью. Но в феврале 2026 года в Киеве его задержали сотрудники Территориального центра комплектования (ТЦК). Вначале его отправили в учебную часть под Харьковом, затем в Запорожье.

Война, мобилизация, развод

По словам Александра, никто не учел его состояние: ПТСР, панические атаки, проблемы с памятью. "Я нахожусь в постоянном стрессе: война, мобилизация, жена сказала, что хочет развестись", - рассказывает мужчина. После мобилизации Александру удалось пройти реабилитацию в психоневрологическом диспансере. По его мнению, это не особо помогло, но, возможно, спасло ему жизнь: среди тех, с кем он был в учебной части, есть погибшие и раненые. "Я мог бы быть на месте кого-то из них", - считает экс-политзаключенный.

Сейчас мужчина продолжает службу и параллельно проходит военно-врачебную комиссию. 27 марта он получил ответ от министерства развития общин и территорий о том, что его заявление на получение статуса гражданского пленного принято и будет рассмотрено, о результатах его уведомят. "Этот статус дает возможность отсрочить мобилизацию, но я не смогу получить отсрочку, потому что уже служу. Хотелось бы хотя бы получить категорию "ограниченно годен", - отмечает Александр.

"Я рандомный человек, подвернувшийся в тот момент КГБ"

После возвращения на родину гражданка Латвии и бывшая политзаключенная Алла Соколенко также столкнулась с проблемами - потеряла работу, статус и оказалась в долгах. "В заключении ни за что я пробыла почти 4 года. Сейчас я как можно скорее хочу забыть этот ад и не вспоминать никогда", - говорит Алла. В конце марта 2022 года она приехала в Беларусь на четыре дня на небольшую косметическую операцию. По мнению женщины, ее задержали, потому что белорусским спецслужбам понадобился гражданин Латвии для обмена на белоруса, находящегося в этой стране. "Я рандомный человек, подвернувшийся в тот момент КГБ", - отмечает женщина.

В итоге белоруса, о котором шла речь, не выдали - он отказался покидать Латвию. В отношении же Аллы, по ее словам, было сфальсифицировано уголовное дело по статье об "агентурной деятельности". "По их мнению, я хотела нанести их безопасности вред, приехав со шпионской миссией, хотя посещала только аптеки, магазины и клинику. Абсурдное дело, похожее на фантазии шизофреника. Но это правда о том, что происходит в Беларуси", - говорит бывшая политзаключенная.

На суд не допустили даже консула

Аллу удерживали в СИЗО КГБ 23 месяца - "в ужасных условиях, подвергая постоянному давлению и издевательствам". Женщина не признала вину: "Я не делала вообще ничего Республике Беларусь, не наносила никакого ущерба безопасности, никогда не имела никакого отношения ни к каким спецслужбам".

Суд над Аллой Соколенко был закрытым, на него не пустили даже консула. По ее словам, перед вынесением приговора судья Анастасия Попко сообщила, что накануне была в КГБ, "чтобы лучше разобраться в деле". 12 октября 2023 Аллу приговорили к максимальному сроку - 7 годам колонии. "Ты сидишь в одном отряде с убийцами, мошенниками, ворами, наркоманами, но они для администрации уважаемые, а ты, так как признана "политической", не имея никакого отношения к политике этой страны, подвергаешься постоянному прессингу, издевательствам, ограничениям", - рассказывает Алла.

"В 60 лет я вынуждена поехать в другую страну работать в теплицах"

Аллу освободили 13 декабря 2025 года в результате американо-белорусских переговоров. По возвращении на родину бывшая политзаключенная столкнулась с новыми проблемами. Ее семья пережила серьезный стресс и понесла значительные расходы, поддерживая ее в заключении, оплачивая адвоката и коммунальные счета за квартиру Аллы в Риге.

Алла говорит, что вся ситуация ее очень сильно изменила: из радостного здорового благополучного человека она превратилась в "замкнутый субъект". "У меня нет денег, я не могу найти подходящую работу, в 60 лет я вынуждена ехать в другую страну работать в теплицах, чтоб заработать хоть каких-то денег и закрыть накопившиеся долги", - делится женщина.

Она также отмечает, что не может рассчитывать на компенсацию: в Латвии ей отказали в пособии, поскольку страна не несет ответственности за ее арест и заключение в Беларуси. От отсутствия поддержки страдают и другие освобожденные иностранные политзаключенные. "Мы как будто просто исчезли", - говорит Дмитрийс Михайловс.

Белорусские силовики следили за гражданином Латвии

Дмитрийса, как и Аллу, задержали в Беларуси в марте 2022 года. До этого он несколько лет жил на две страны: в Минске у него был бизнес, а во время пандемии он вместе с другими предпринимателями создал закрытый Telegram-канал для обсуждения снижения арендной платы. Позже в Беларуси начались выборы и протесты, которые также обсуждали в чате. По словам Дмитрийса, он помогал людям, пострадавшим от действий силовиков, пообещал своим сотрудникам, что никого не уволит в случае задержания и поможет выплатить штраф. 

Его магазины закрывались на объявленные протестующими забастовки, после чего там начались проверки и штрафы. В то время Дмитрийс находился в Латвии, но когда протесты прекратились и власти, казалось, отстали от его бизнеса, снова начал ездить в Беларусь. 29 марта 2022 года мужчину брутально задержали в центре Минска, положив лицом на асфальт. Оказалось, силовики давно за ним следили.

Опасался, что снова могут отправить в СИЗО

"Сначала пытались меня записать в какие-то шпионы, спрашивали, связан ли с латвийскими спецслужбами, пугали", - вспоминает собеседник. Когда стало ясно, что "шпионское дело" не складывается, интерес к нему угас, однако мужчину все равно задержали - якобы за неуплату налогов (позже дело закрыли). В итоге Дмитрийса судили за сообщения в закрытом Telegram-канале, который признали "экстремистским". 30 декабря 2022 Михайловса приговорили к 4 годам лишения свободы.

Близкие настояли, чтобы он написал прошение о помиловании, он делал это трижды, но без результата. Поэтому, когда Дмитрийса вывезли из колонии в наручниках и с мешком на голове, он решил, что его везут на расстрел, а не на освобождение. Дмитрийса освободили 21 июня 2025 года после визита в Минск спецпредставителя США Кита Келлога. Несмотря на то, что до конца срока оставалось около полугода, он рад, что вышел раньше: был уверен, в Беларуси окончание срока не гарантирует освобождения, и опасался, что его снова могут отправить в СИЗО.

Дмитрийс говорит, что у него сейчас все хорошо, он работает, может содержать семью и помогать отцу. При этом он подчеркивает, что далеко не всем бывшим политзаключенным-иностранцам удается так адаптироваться. По его словам, международные фонды в основном помогают гражданам Беларуси и России, тогда как иностранцы, живущие и платящие налоги в Европе, остаются без внимания. Дмитрийс планирует создать организацию, которая объединит бывших политзаключенных-иностранцев и поможет им отстаивать свои права.

Источник - https://p.dw.com/p/5ET0K