***

Почему новая стратегия Кубани – это вопрос федерального масштаба России

Регион способен быть не только курортной зоной и аграрной житницей, но и локомотивом развития страны.

15 июня губернатор Краснодарского края подписал распоряжение о разработке новой стратегии социально-экономического развития региона до 2036 года. Проект обещают завершить к 2027 году, а формат заявлен не как очередной документ «для смены» старого, а как «живой план действий». На первый взгляд – рядовая региональная новость, одна из десятков, что проходят по новостным лентам и не задерживаются в памяти. Но в данном случае такой подход может оказаться ошибкой. То, как именно будет построена стратегия Кубани, вопрос не краевого, а национального масштаба. И вот почему.

Юг России давно перестал быть просто курортной зоной и аграрной житницей. В условиях разворота торговых потоков Азово-Черноморский бассейн превратился в один из ключевых опорных узлов экономической безопасности страны: здесь сходятся коридоры «Север–Юг» и «Запад–Восток», отсюда уходит до 40% внешнеторговых грузов России. А Краснодарский край внутри этого макрорегиона – не рядовой субъект, а его альфа и омега, да и основные ворота. По предварительным оценкам 2025 года, пятая экономика страны, третий регион по населению, главный миграционный магнит. Когда мы обсуждаем будущее Кубани, мы фактически проектируем модель развития для всего юга, а значит, разрабатываем подход, который затем может стать опорным для развития страны.

Между латанием дыр и мечтами о будущем

При разработке стратегии часто возникает риск впадения в одну из крайностей. Первая крайность – это бесконечное латание дыр. Энергодефицит, который к 2031 году на Юге грозит достичь почти 2400 МВт, может поставить под вопрос реализацию инвестпроектов на 4,4 трлн руб. Треть школ Краснодара, работающих в две смены. Пробки, перегруженные больницы, инженерные сети на пределе. Все это реальные проблемы, и все они требуют денег и внимания прямо сейчас. Но если стратегия сведется только к тушению пожаров, регион так и останется в инерционном сценарии – растущим количественно и деградирующим качественно.

Вторая крайность – обратная: увлечься красивыми образами будущего, кампусами и стартап-долинами, игнорируя накопленные дисбалансы. Этот путь не менее тупиковый. Нельзя строить экономику будущего поверх коммунального коллапса. Зрелая стратегия обязана удерживать обе задачи одновременно: расшивать сегодняшние узкие места и параллельно выстраивать новую экономическую модель. Не «или», а «и». Это сложнее, дороже и требует управленческой дисциплины, но другого пути просто нет.

Почему нельзя ждать «лучших времен»

Есть распространенная ловушка: мол, проработку амбициозных проектов разумно отложить до момента, когда появятся свободные ресурсы. То есть давайте сначала разберемся с текущим, потом подумаем о развитии. На практике же это означает, что в тот момент, когда окно возможностей все-таки откроется – нормализуется макроэкономическая ситуация, снизятся процентные ставки, высвободятся бюджетные средства, появится аппетит у инвесторов, – регион будет только начинать думать. А думать на этом этапе уже поздно: выигрывает тот, у кого проектная документация, площадки, кадровые программы и финансовые модели готовы заранее. Поэтому проработку вопросов развития нельзя откладывать ни на год. Стратегия до 2036 года ценна именно тем, что заставляет разложить будущее на конкретные, готовые к запуску проекты – чтобы при первой же возможности приступать к расширению вложений и реализации проектов, а не растерянно искать варианты.

***

Что происходит на планете и в каждом конкретном городе

прямо сейчас и в любой грядущий день, можно узнать тут:

https://ixyt.info/ru/Mexico/Gustavo-Adolfo-Madero

Вставляйте в эту ссылку нужный город!

***

Термин «русская Калифорния» уже закрепился в публичном поле – его ввели эксперты Института экономики роста им. Столыпина, обсуждали на краснодарском Столыпинском клубе. И здесь важно сразу отметить некоторые моменты. Калифорния в этой метафоре – не про пляжи, серфинг и глянцевые сюжеты. Речь о другом: о лучшем, что есть в этой экономической модели. О диверсифицированной экономике южного региона, где рядом уживаются высокотехнологичное сельское хозяйство, биотех, IT, креативные индустрии и сильная университетская среда. О регионе, который притягивает не просто людей, а квалифицированных специалистов и предпринимательскую энергию. По сути, Калифорния – это про ставку на человеческий капитал как главный производственный ресурс. Именно этого Кубани сегодня не хватает: при первом месте в стране по производству сельхозпродукции доля валовой добавленной стоимости креативной экономики в валовом региональном продукте составляет 2,9% при среднероссийском уровне в 3,9%, а доля высокотехнологичных и наукоемких отраслей в ее ВРП – на треть ниже среднероссийского показателя.

Предпосылки для разворота у края, пожалуй, лучшие в стране: молодое растущее население, мощный миграционный приток, климат, высокая доля МСП в экономике, стратегическое положение. Парадокс в том, что по удельным показателям – ВРП и доходам на душу населения, средней зарплате – регион не входит даже в первую десятку. Потенциал колоссальный, но он пока не конвертирован в качество жизни.

Целевая модель и инструменты движения

Целевая модель – это переход от «вала» к добавленной стоимости, и от сырья – к переработке. От экспорта зерна – к экспорту муки, кормов, масел, биодобавок, семян и генетики. От массового пляжного отдыха – к медицинскому и деловому туризму. От стихийного роста агломерации – к управляемому развитию.

Инструменты этого движения уже просматриваются, и они конкретны. Образовательные кластеры нового типа – такие как проект в Усть-Лабинске с полным маршрутом «детский сад – лицей – колледж – университет – работа в крае». Проекты по снятию энергоограничений – новые генерирующие мощности и накопители. Превращение нового аэропортового комплекса Краснодара в мультимодальный «сухой порт» бассейна. Наконец, управление агломерацией как единой системой: сегодня в российском законодательстве вообще нет процедуры управления агломерациями, и эту нормативную пустоту тоже придется заполнять. Ключевое слово здесь – «управляемость». Миграция сама по себе ВРП не создает: без системного управления приток людей дает лишь нагрузку на инфраструктуру, а не экономический рост. Превратить стихийный процесс в развитие можно только осознанным усилием.

Что на кону

Амбиции должны быть высокими, но выполнимыми. Нужны не лозунги, а цели. Не «догнать Калифорнию», а выйти на высокие, но достижимые темпы роста ВРП региона на 7–10% в год. Если Кубани это удастся, Юг России станет не пилотной площадкой, а локомотивом развития страны. И тогда новая стратегия окажется не региональным документом, а первой удачной сборкой модели, по которой Россия научится превращать стихийный рост в управляемое развитие. Ради этого стоит начинать работать уже сейчас, не дожидаясь 2027 года, когда проект документа ляжет на стол законодателей.

Автор: Сергей Заверский – руководитель аналитического отдела Института комплексных стратегических исследований.

Источник - https://www.ng.ru/society/2026-06-23/7_9522_23062026.html

***

Южный код – диверсификация индустрий и креативные технологии против инерции

Может ли Краснодарский край стать «русской Калифорнией» и как превратить стихийный рост в управляемое развитие. До 40% внешнеторговых грузов РФ идет через Кубань. 

27–28 июня Усть-Лабинск в Краснодарском крае станет площадкой II Всероссийского форума-фестиваля «Быть казаком». Важным событием его деловой программы станет заседание Столыпинского клуба. Ведущие российские экономисты, представители власти, институтов развития и бизнеса обсудят новую роль Юга России в экономике страны. Юг России сегодня – это не просто курортная зона или аграрная житница. Это стратегический макрорегион, который в условиях геополитической турбулентности превратился в ключевой опорный пункт экономической безопасности страны. Азово-Черноморский бассейн закреплен в стратегических документах правительства РФ как единый природно-экономический и транспортно-логистический комплекс, обеспечивающий выход к международным транспортным коридорам «Север–Юг» и «Запад–Восток».

Как отметил заместитель председателя правительства Марат Хуснуллин, «этот макрорегион имеет стратегическое значение: здесь сосредоточены ключевые логистические маршруты, включая трассу М-4 «Дон», выходы к Черному и Азовскому морям». Инвестиции в инфраструктуру Юга – это вклад в стабильность и процветание всей страны. Президент России поставил четкую задачу по развитию инфраструктуры Азово-Черноморского бассейна. К 2030 году потребность в перевалке сухих грузов, например, в портах Южного федерального округа достигнет 150 млн т, более чем в два раза превышая текущие возможности. Однако порты и другая инфраструктура сейчас работают на пределе, а ограничения серьезно сдерживают экономическое развитие, рост международной торговли и транзитных грузоперевозок.

В этой системе Краснодарский край выступает не рядовым субъектом, а квинтэссенцией южнороссийской проблематики, большими «воротами» Юга России. Именно здесь сходятся как главные экономические пути, так и главные вызовы макрорегиона: рекордный миграционный приток, дефицит энергомощностей и очевидная необходимость перехода к новой модели экономического роста – при этом с доказанным потенциалом для такого рывка.

Краснодарский край сегодня – это не только главная курортная жемчужина страны, но и один из самых динамично растущих регионов России. По объему экономики он вышел на 5-е место в стране, а по численности населения (9 млн человек по данным губернатора края) – на 3-е. Край является ключевым логистическим хабом, расположенным на пересечении крупнейших транспортных артерий, связывающих Центральную Россию с портами Черноморья, Крымом, Северным Кавказом и Закавказьем. Здесь создаются современные складские комплексы, реализуется масштабный проект «Южный экспортно-импортный хаб», а в экономику региона планируется привлекать не менее 1 трлн руб. инвестиций ежегодно. 

При этом край постепенно перестает быть только аграрным и курортным. За последнее десятилетие объем отгруженной промышленной продукции вырос в 2,6 раза – до 620 млрд руб., а обрабатывающие производства по доле в ВРП превзошли традиционное для региона сельское хозяйство. Краснодарский край занимает третье место в стране по эффективности реализации промышленной политики и первое место в ЮФО по объему отгрузки продукции собственного производства. Более 13,5 тыс. промышленных предприятий, 45 активных инвестпроектов на сумму 1,2 трлн руб. и планы по созданию к 2030 году еще 10 индустриальных и семи промтехнопарков делают Кубань системообразующим узлом не только для транспортных, но и для экономических, инвестиционных и технологических потоков всей страны. 

Ключевым центром притяжения выступает Краснодарская агломерация. На начало 2025 года официально в ней проживает 1,835 млн человек, но де-факто, по данным губернатора Вениамина Кондратьева, эта цифра достигает 2,3 млн. Агломерация растет в шесть раз быстрее края в целом (+2,4% против +0,4% за два года). Однако потенциал региона значительно выше достигнутого. Несмотря на значительный экономический потенциал, регион не входит в топ-10 регионов России по ключевым удельным показателям: ВРП на душу населения (31-е место), среднедушевому доходу (13-е место), средней заработной плате (40-е место). Для преодоления разрыва с лидирующими регионами необходимо обеспечить ускоренные темпы роста ВРП на уровне 7–8% в год, что невозможно в рамках инерционного сценария. 

По убеждению экспертов Института экономики роста им. П.А. Столыпина, Кубань обладает всеми возможностями, чтобы совершить настоящий прорыв и превратиться в «русскую Калифорнию» – место с передовой экономикой и высоким качеством жизни. Обратный сценарий – консервация достигнутого и неиспользование миграционного притока – приведет к серьезным последствиям: медленному, но устойчивому изменению этнодемографической структуры населения, нарастающим инфраструктурным проблемам вплоть до коллапса, деградации районов и малых территорий при хаотичном росте агломераций. По сути – к пространственной деградации. Сейчас «гипертрофированный рост» Краснодарского края и внутренних агломераций без должного управления превращает регион в гигантскую воронку. Инфраструктура не поспевает за темпами заселения, а малые города и села продолжают пустеть, превращаясь в спальные районы. 

Все дороги ведут на Юг: демографический вызов как шанс 

Если люди – это новая нефть, то в Краснодаре она наивысшего качества. За последние годы Краснодарский край превратился в главный миграционный магнит Юга России. По данным властей, численность населения края достигла 9 млн человек, а Краснодара – 2,3 млн. Статистически Краснодар занимает шестое место по населению в стране, однако де-факто, с учетом агломерационных процессов, он уже входит в тройку крупнейших городов России. 

При этом важно четко разделять демографический рост и экономическое развитие. Миграция сама по себе не гарантирует прироста ВРП. Без системного управления она создает лишь дополнительную нагрузку на социальную и инженерную инфраструктуру. В 2024 году чистый миграционный прирост в крае составил 31,6 тыс. человек. В среднесрочной перспективе ожидается рост населения до 15 млн человек, что делает проблему опережающего развития инфраструктуры критической. Эксперты подчеркивают: пока эти процессы должным образом не управляются. Приток населения – это ресурс, который необходимо грамотно организовать. Иначе вместо экономического роста регион получит пространственную деградацию и коллапс коммунальных систем. 

Агломерация уже здесь: вызов управлению 

Краснодар уже невозможно рассматривать отдельно от соседних муниципалитетов. Формируется агломерационная структура с ядром в краевом центре и первым поясом, включающим Динской, Северский, Усть-Лабинский районы, Горячий Ключ и Тахтамукайский район Адыгеи. Агломерация растет значительно быстрее края в целом: +2,4% против +0,4% за два года. 

Проблема сместилась от простого роста Краснодара к необходимости управления всей системой. Инфраструктура не успевает за демографией. При этом в российском законодательстве отсутствует единая процедура управления агломерациями, а само понятие используется лишь в стратегических, но не в нормативно-правовых документах. Нет единого координирующего органа, градостроительные решения между муниципалитетами не синхронизированы, развитие транспортной и социальной инфраструктуры остается фрагментированным. При сохранении инерционного сценария ядро аккумулирует до 80% прироста населения, что приведет к транспортному коллапсу и перегрузке социальных услуг.

Три дороги на распутье: сценарии будущего

Эксперты Краснодарского института роста им. Столыпина выделяют три возможных пути развития края до 2035 года. Сценарий «Хаос». При инерционном развитии чистый миграционный приток сократится с 20–25 тыс. до 5–10 тыс. человек в год. Высококвалифицированные кадры и молодежь уедут в столицы. Креативные индустрии и IT-сектор стагнируют. Формально население растет, но по сути это пространственная деградация.

Сценарий «Управляемое развитие». Власти переходят к координации. Проект «Новый Краснодар» (1,5 тыс. га, 5,5 млн кв. м жилья) и развитие технопарков позволяют сохранить благоприятную структуру миграции. К 2035 году население агломерации превышает 2,3 млн человек. Сценарий «Русская Калифорния». Самый амбициозный путь – превращение агломерации в инновационный центр. К 2035 году население превышает 2,5–3,5 млн, среди мигрантов преобладают высококвалифицированные специалисты. Возобновляется естественный прирост. Города становятся известны фестивалями и стартап-движением, превращаясь в южный аналог Кремниевой долины. 

Пожалуй, этот сценарий представлялся бы и экспертам, и населению оптимальным, однако для его реализации надо предпринять ряд существенных системных усилий и решить несколько ключевых инфраструктурных проблем. О чем именно речь? 

Новый экономический код: от зерна до биотехнологий 

«Калифорния» – это не только пляжи, но и высокие технологии. Для выхода на траекторию устойчивого роста необходима диверсификация экономики. Сегодня Краснодарский край занимает первое место в России по объему валовой продукции сельского хозяйства (7% от общероссийского), производит 10% зерна и 30% подсолнечного масла. Однако доля продукции высокотехнологичных и наукоемких отраслей в ВРП составляет лишь 14%, что существенно ниже среднероссийского уровня (20,7%). Эксперты настаивают на переходе от экспорта сельхозсырья к экспорту продуктов переработки: муки, кормов, масел, биодобавок. Приоритетными направлениями названы развитие семеноводства, селекции и генетики, внедрение технологий точного земледелия.

В сфере туризма, несмотря на рост турпотока до 20 млн человек в 2024 году, доля официального туризма в ВРП не превышает 6%, что значительно ниже показателей стран с развитой туристической инфраструктурой (11–12%). При этом аномальный рост доли «услуг по проживанию в собственном жилище» с 7,9 до 17,2% с 2016 года свидетельствует о преобладании теневого сектора. Требуется модернизация объектов размещения, переход к медицинскому и деловому туризму. Транспортно-логистический комплекс, перерабатывающий до 40% внешнеторговых грузов России, нуждается в расширении пропускной способности портов, железных и автомобильных дорог, а также в создании мультимодальных хабов.

Системные ограничения: энергетика и инфраструктура

Переход к целевому сценарию требует снятия фундаментальных инфраструктурных ограничений. Главное из них – энергетический дефицит. По оценкам экспертов, к 2031 году нехватка энергии на Юге достигнет 2381 МВт. Уже сегодня из-за дефицита мощностей в Краснодарском крае приостановлена реализация 210 инвестиционных проектов из более чем 580 на общую сумму 4,4 трлн руб. Губернатор Вениамин Кондратьев неоднократно подчеркивал, что эта проблема напрямую угрожает стабильности экономики.

Для решения необходимо построить более 2 ГВт новых генерирующих мощностей и около 250 МВт накопителей энергии. В октябре 2024 года в регионе введена в эксплуатацию новая ТЭС «Ударная». Также рассматривается строительство дополнительных энергоблоков на ТЭС «Кубанская» и Краснодарской ТЭС. На федеральном уровне на покрытие дефицита будет направлено более 740 млрд руб.

Социальная инфраструктура также работает на пределе. Школы в Краснодаре функционируют в три смены. В 2023 году прирост школьников только в Краснодаре составил 10 тыс. человек. Строительство образовательных учреждений идет с опозданием. Зарплаты преподавателей общего образования в 2025 году достигли 67,7 тыс. руб., но в отдельных категориях (особенно это касается дошкольного образования) они существенно ниже, что усугубляет кадровый дефицит, достигающий 30%.

Система здравоохранения испытывает схожую нагрузку. Дефицит кадров наблюдается по 10 ключевым направлениям, включая анестезиологов-реаниматологов, сотрудников скорой помощи, кардиологов, педиатров, рентгенологов, терапевтов, травматологов-ортопедов, хирургов и специалистов по ультразвуковой и функциональной диагностике. В 2024 году планировался ремонт более 500 учреждений образования и здравоохранения – меньше, чем в 2023 году (более 700).

Транспортная инфраструктура также перегружена. Пробки в Краснодаре и Сочи достигли критического уровня, недостаточная пропускная способность железных дорог в летний сезон и низкая связанность между агломерациями и прилегающими районами ограничивают развитие.

Решение инфраструктурных проблем требует комплексного ускоренного подхода с масштабным возведением больниц, детских садов, школ, арендного жилья, а также с повышением зарплат в социальной сфере, строительством объездных дорог вокруг городов, введением интеллектуального управления транспортными системами.

Ключевые отрасли: от сырья к переработке

Чтобы стать «русской Калифорнией», Кубани необходимо совершить рывок в производительности труда, которая за 2017–2023 годы выросла лишь на 9% (ниже среднего по РФ). Основой для диверсификации должны стать как минимум пять секторов.

Агропромышленный комплекс (АПК) края – это 7% всей агропродукции РФ, 10% зерна. Но необходим переход от экспорта сырья к глубокой переработке, развитию селекции, генетики и точного земледелия.

Туризм и услуги – турпоток 20 млн человек, но официальная доля в ВРП всего 6%. В туризме нужна тотальная модернизация и переход к медицинскому и деловому туризму.

Логистика – до 40% внешнеторговых грузов РФ идет через край. Актуально расширение портов, железных и автомобильных дорог, создание мультимодальных хабов.

Индустрия стройматериалов – в крае второй показатель по вводу жилья в РФ (6,7 млн кв. м в 2024 году). Нужна модернизация цементной промышленности и переход на экологичные материалы.

Креативные отрасли – вклад в ВРП уже почти 3%, выручка за пять лет выросла вдвое. В перспективе – один из главных источников добавленной стоимости.

Человеческий капитал и новая модель образования

Ключевая ставка – на человеческий капитал. Региону нужны специалисты в логистике, ИТ, цифровых сервисах, биотехнологиях, городском проектировании, робототехнике. Ответом может стать создание образовательных кластеров нового типа. Яркий пример – Усть-Лабинский образовательный кластер, который предполагает полный маршрут: детский сад – лицей – колледж – Вольный университет – работа в крае.

Кубанский народный вольный университет проектируется как AI-native-система с ускоренными траекториями (бакалавриат – 3 года) и фокусом на ИИ, робототехнику, биотехнологии и агроинженерию. Территория в 375 га в восточной части Усть-Лабинска должна стать не просто кампусом, а новым районом жизни. Инвестиционный порядок на 10 лет оценивается в 130–210 млрд руб. Это создаст 12 тыс. мест в университете и станет восточным научно-производственным узлом агломерации, снижая перегрев Краснодара.

Аэропортовый хаб как драйвер

Новый аэровокзальный комплекс Краснодара (84 тыс. кв. м, инвестиции свыше 50 млрд руб.) – это не только пассажирские перевозки. Приаэропортовая территория (2614 га) может стать «сухим портом» Азово-Черноморского бассейна и мультимодальным хабом. Экономический эффект на зрелой стадии – до 175 млрд руб. в год в ВРП и 20 тыс. рабочих мест.

Кем быть?

Вопрос в том, сможет ли системное управление обуздать стихийные процессы и решить обозначенные задачи. Краснодарский край уже получил мощный импульс роста. Регион обладает лучшими предпосылками для развития новой экономики: климат, предпринимательская энергия (доля МСП в ВРП – 27,7%, выше среднего по РФ), рост кадровой базы через миграционный приток и стратегическое положение.

Если это удастся,  Юг России действительно станет не просто пилотной территорией, а локомотивом всей страны. Комплексное развитие Краснодарского края позволит увеличить ВРП на 50% в ближайшие годы, обеспечить приток высококвалифицированных специалистов и укрепить позиции региона как экономического, культурного и туристического лидера России. Это, кстати, приблизит реальный ВРП на душу населения и доходы граждан по паритету покупательной способности к уровню примерно 60% от калифорнийского (в отличие от нынешних 40%).

Помимо этого, грамотная системная политика обеспечит управляемое сохранение межэтнического баланса в полиэтничном Краснодарском крае, где проживают представители более 160 национальностей, и превратит культурное разнообразие в фактор стабильности и развития.

Автор Сергей Коновалов

Источник - https://www.ng.ru/society/2026-06-23/6_9522_23062026.html