***

Суперсанкции никак не примут, президента Венгрии отправляют в отставку...

Главные международные новости, касающиеся России, на минувшей неделе были связаны с санкциями. В Евросоюзе не приняли 21-й санкционный пакет. 

О нем не договорились ни на встрече глав МИД ЕС, состоявшейся в понедельник, ни на последующих встречах послов. В новом антироссийском пакете, недаром прозванном суперпакетом, оказалось слишком много всего, чтобы он устроил все 27 стран Евросоюза. Один только черный список физических и юридических лиц составил 250 человек и организаций. Большой резонанс получил и полный запрет на получение шенгенских виз то ли для всех граждан РФ, служивших в армии с февраля 2022 года, то ли для участников спецоперации. Поэтому пакет периодически кто-то блокировал. Сначала пришлось уговаривать Болгарию и, возможно, Италию, а к концу недели – Австрию и Грецию. Обсуждение пакета отложено. Единственное, о чем в ЕС договорились, – это продлить до 23 июля действие меры, введенной еще в декабре 2022 года и истекавшей 15 июля: ценового «потолка» на российскую нефть.

Будто в виде компенсации за эту проволочку, в США подняли тему введения своих антироссийских суперсанкций. Соответствующий законопроект, разработанный совместно республиканцами и демократами еще в 2025 году, передается в Сенат. Один из авторов документа, сенатор Ричард Блументал спрогнозировал, что голосование в верхней палате состоится еще до начала августа и в июле же его подпишет Дональд Трамп. Самая резонансная часть законопроекта – это введение запретительных пошлин на товары стран – импортеров российских энергоносителей, а самая значимая – «черный список». Какие пошлины (в 100% или меньше) и против какой страны вводить, отдано на усмотрение президента США. А вот «черный список» – это конкретный и очень широкий перечень фамилий и организаций, от Владимира Путина до Центробанка РФ. Исключить из него кого-либо без разрешения Конгресса Трамп не сможет, даже если захочет.

А он может и не захотеть. «Мы полагаем, что противники США – в том числе как минимум Россия, Китай, Иран и Северная Корея, а также негосударственные группировки, – обладают возможностями для того, чтобы скомпрометировать избирательную инфраструктуру США», – сказал Трамп в обращении к нации. Он потребовал от Конгресса поскорее принять Закон о защите права голоса американцев, который, по мнению президента, исключит вероятность манипуляций с выборами. Называть РФ врагом США Трамп отказывался и в первую, и во вторую каденцию. И вот назвал.

Перемены в отношении к Кремлю случились и в Венгрии. Здесь усилиями новых властей приняты поправки в Конституцию, помимо прочего позволяющие отправить в отставку президента Тамаша Шуйока, ставленника Виктора Орбана, всесильного премьера страны на протяжении 16 лет. Сам экс-премьер, лишившийся власти после апрельских парламентских выборов, сейчас не в Венгрии. Он экстренно уехал в США: футбол смотреть. Новый премьер Петер Мадьяр намекает, что в Венгрию Орбан больше не вернется.

Автор Геннадий Петров

Источник - https://www.ng.ru/week/2026-07-19/8_9540_week3.html

***

Что происходит на планете и в каждом конкретном городе

прямо сейчас и в любой грядущий день, можно узнать тут:

https://ixyt.info/ru/USA/Hunts-Point

Вставляйте в эту ссылку нужный город!

***

Новый британский премьер возобновит добычу нефти в Северном море

Энди Бернхэм официально становится седьмым за десятилетие главой правительства

В Великобритании с началом недели сменился и премьер. Пробыв на этом посту два года, Кир Стармер 20 июля официально уходит в отставку, уступая место экс-мэру Большого Манчестера, а затем депутату парламента Энди Бернхэму. Его 17 июля законодатели от Лейбористской партии признали своим лидером. С новым премьером страну ждут экономические реформы, во многом расходящиеся с прежними программными установками лейбористов. Бернхэм, к примеру, не дожидаясь вступления в должность, пообещал возобновить добычу нефти в Северном море. Это то, чего не хотел делать Стармер.

В июле 2024 года лейбористы впервые за долгое время пришли к власти. Британцы, разочаровавшиеся в предыдущих консервативных правительствах, руководивших страной с 2010 года, сделали ставку на другие политические силы. Тем не менее и они избирателей разочаровали. При Стармере Великобритания столкнулась с экономическими проблемами и ростом стоимости жизни. Череда непопулярных решений, в частности сокращение выплат пенсионерам для покрытия счетов за электроэнергию, привела к падению рейтинга лейбористского правительства.

Новый премьер на время оставшегося срока (до 2029 года, когда должны пройти очередные выборы в британский парламент) обещает сосредоточиться на нескольких приоритетах. С Бернхэмом на посту Великобританию ждет перераспределение сил между центром и регионами. Часть экономической политики будет передана местным властям для более эффективного управления и снижения неравенства. Обещает новый глава правительства и строительство социального жилья, сокращение молодежной безработицы, увеличение расходов на оборону, а также отказ от непопулярного дорогостоящего проекта цифровых удостоверений вместо привычных паспортов или водительских прав. Бернхэм планирует поставить во главу угла развитие британской промышленности, уделив особое внимание металлургии, энергетике, пищевой промышленности, сельскому хозяйству.

Пожалуй, главным разворотом в сфере промышленности при Бернхэме станет разработка месторождений в Северном море. Ее Стармер со своей командной свернули в 2025 году, приостановив выдачу новых лицензий на добычу нефти и газа в этом регионе и сосредоточившись на возобновляемых источниках энергии. В недостатке внимания к собственным ресурсам и возможностям национальной промышленности лейбористов упрекала лидер консерваторов Кеми Баденох. В конце марта Консервативная партия даже начала кампанию под названием «Заставить Британию бурить», чтобы привлечь внимание избирателей к этой проблеме и поднять рейтинги партии.

Критики этой меры предупреждают, что разработка месторождений в Северном море может принести не совсем те результаты, которые ожидают. Консерваторы, например, убеждали, что увеличение добычи собственных ресурсов снизит цены на электроэнергию. Однако нефть и газ продаются компаниями на международных рынках. По данным правительства за 2022 год, около 83% нефти, которая добывалась Великобританией, экспортировалась. Это значит, что британский потребитель изменений скорее всего не ощутит, хотя вряд ли кто-то спорит с тем, что собственная добыча энергоресурсов потенциально делает энергоснабжение более стабильным и менее подверженным внешним потрясениям.

В настоящее время Великобритания на 40% зависит от импорта электроэнергии. Планы Бернхэма могут коснуться газового месторождения Jackdaw и нефтяного Rosebank у побережья Шотландии. Если их разработку разрешат, это может покрыть до 10% потребностей страны, привлечь почти 11 млрд фунтов (14,8 млрд долл.) стерлингов в виде инвестиций, создать 3,5 тыс. рабочих мест. В итоге новое правительство может ожидать дополнительных налоговых поступлений в размере 1,4 млрд фунтов стерлингов (1,9 млрд долл.), отмечается в материале портала «Нефть и Капитал». OEUK (Offshore Energies UK), ведущая отраслевая ассоциация нефтегазового и энергетического сектора Великобритании, утверждает, что поддержка британского производителя позволит получить выгоду в размере до 150 млрд фунтов стерлингов (201,7 млрд долл.) и сохранить более 200 тыс. рабочих мест.

Изменить ситуацию мог бы выброс на мировые рынки больших объемов нефти и газа, который и снизил бы на них цены, что, конечно, сказалось бы и на РФ. Но благодаря разработкам месторождений в Северном море это едва ли возможно. В сравнении с мировыми объемами нефте- и газодобычи ресурсы Северного моря довольно малы. Не менее важно и то, что месторождения в этом регионе уже истощены, на что указывала газета The Guardian, а разработка оставшихся требует значительных вложений, которые могут не окупиться.

Автор Надежда Мельникова

Источник - https://www.ng.ru/world/2026-07-19/1_9540_uk.html

***

Трамп готов позволить Саудовской Аравии обогащать уран, но есть препятствия

Нынешний проект соглашения отражает изменение американского подхода к переговорам с Саудовской Аравией.

Администрация президента США Дональда Трампа подготовила окончательный проект соглашения, которое позволит Саудовской Аравии самостоятельно обогащать уран на своей территории для нужд гражданской атомной энергетики. Об этом 19 июля сообщает CNN со ссылкой на документы и источники, знакомые с ходом переговоров.

По данным телеканала, переговоры по документу были фактически завершены еще в октябре прошлого года. Теперь соглашение ожидает лишь окончательной подписи президента Дональда Трампа, после чего должно быть передано на рассмотрение конгресса США. Согласно проекту, Эр-Рияд не будет обязан подписывать Дополнительный протокол Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ), который предоставляет инспекторам расширенные полномочия для проведения внезапных проверок. Это существенно ограничит возможности международного контроля за саудовской ядерной программой.

Публикация CNN появилась вскоре после внезапной смерти сенатора Линдси Грэма, который был главным инициатором идеи масштабной региональной сделки по нормализации отношений между Израилем и Саудовской Аравией. Грэм, совместно с сенатором-демократом Ричардом Блюменталем, на протяжении многих лет продвигал концепцию расширения Соглашений Авраама. По его замыслу, предоставление Саудовской Аравии американских гарантий безопасности и доступа к гражданской ядерной программе должно было стать частью более широкой региональной архитектуры безопасности, включающей нормализацию отношений между Эр-Риядом и Иерусалимом. По мнению сенатора, именно такой союз представлял наибольшую угрозу для Ирана и мог стать основой для долгосрочной стабилизации региона.

►Упущенная возможность

Этот амбициозный проект начал разрушаться именно тогда, когда стало очевидно, что его успех возможен только в рамках гораздо более масштабного политического соглашения. В качестве примера приводится опубликованная на прошлой неделе информация журналиста Надава Эяля, согласно которой во время войны наследный принц Саудовской Аравии Мухаммад бин-Салман якобы был готов согласиться на пакетное соглашение, предусматривавшее:

• полную нормализацию отношений с Израилем;
• прекращение огня;
• освобождение всех заложников;
• отправку саудовских военных для управления сектором Газа;
• в обмен на обязательство Израиля обеспечить реалистичный путь к созданию палестинского государства в течение 5-7 лет.

По утверждению автора, премьер-министр Биньямин Нетаниягу отказался от такого предложения, тем самым упустив шанс на историческое соглашение. Последствия этого решения выходят далеко за рамки дипломатии. Международный проект экономического коридора IMEC (India-Middle East-Europe Economic Corridor), который должен соединить Индию, страны Персидского залива и Европу, продолжает активно развиваться, тогда как Израиль постепенно оказывается вне этого процесса.

Первоначальная идея транспортного коридора значительно расширилась и теперь включает:

• железнодорожную инфраструктуру;
• волоконно-оптические сети;
• проекты по производству и транспортировке "зеленого" водорода;
• автоматизацию;
• искусственный интеллект и другие высокотехнологичные направления.

Новая региональная экономическая архитектура формируется в ходе переговоров в Вашингтоне, однако Израиль постепенно исключается из этого процесса. Нынешний проект соглашения отражает изменение американского подхода к переговорам с Саудовской Аравией. Еще в прошлом году администрация Трампа отказалась от ключевого условия, на котором ранее настаивала администрация Джо Байдена: увязать предоставление Эр-Рияду гражданской ядерной программы и соглашения о безопасности с нормализацией отношений между Саудовской Аравией и Израилем.

Именно это решение открыло путь к нынешнему проекту соглашения, позволяющему Эр-Рияду самостоятельно обогащать уран без подписания Дополнительного протокола МАГАТЭ. Несмотря на завершение технических переговоров, окончательная подпись президента Трампа пока откладывается. Причиной являются продолжающаяся конфронтация с Ираном и опасения относительно реакции конгресса. Дополнительным фактором называется смерть сенатора Линдси Грэма, который, как утверждается, был главным политическим лоббистом соглашения в сенате и мог обеспечить необходимую поддержку.

В настоящее время многие законодатели как среди демократов, так и среди республиканцев скептически относятся к идее передачи Саудовской Аравии технологий гражданской атомной энергетики, особенно если такая сделка не будет частью более широкого регионального соглашения. Именно такую комплексную инициативу ранее пытались продвигать администрация Байдена и Линдси Грэм. Предполагалось объединить в одном пакете:

• оборонный союз США и Саудовской Аравии;
• развитие гражданской ядерной программы королевства;
• нормализацию отношений с Израилем;
• интеграцию в экономический коридор IMEC.

►"Израиль должен стать частью общей сделки"

Израилю важно не препятствовать усилению Саудовской Аравии, а добиваться включения этого процесса в более масштабную региональную сделку. Соглашение по саудовской ядерной программе должно вновь рассматриваться в комплексе с нормализацией отношений между Израилем и арабскими государствами, а также с реализацией инфраструктурных проектов, подобных IMEC. Только объединение интересов Израиля в сфере безопасности, дипломатии и экономики в рамках единой региональной стратегии позволит создать эффективную коалицию, способную противостоять Ирану.

Белый дом оказался перед непростым выбором: либо вступить в политическое противостояние с настроенным скептически конгрессом ради продвижения сделки, либо заморозить саудовскую ядерную программу и попытаться заново сформировать более широкое региональное соглашение.

Автор - доктор Коби Барда, сотрудник Холонского технологического института (HIT) и старший научный сотрудник Института политики еврейского народа (JPPI).

Источник -  https://www.vesty.co.il/main/opinions/article/bj4ls005ezg

***

"Талибан" теряет контроль над Северным Афганистаном

Правящий режим столкнулся в регионе с целым рядом вызовов и угроз. Бойцы «Талибана» все чаще не в состоянии демонстрировать, что Кабул сохраняет контроль над провинциями. 

У афганского «Талибана» возникли проблемы с контролем над Бадахшаном, провинцией на северо-востоке страны. Местные полевые командиры не только отказываются подчиняться приказам из Кабула и Кандагара, но и разоружают талибские формирования, демонстрируя слабость власти «исламского эмирата». Апофеозом кризиса управления в регионе стал переход на несколько часов бадахшанского района Яфтали-Паин под контроль одной из групп вооруженной антиталибской оппозиции. Эти инциденты, по оценкам афганских наблюдателей, являются прелюдией к более опасным для режима «Талибана» событиям, которые способны привести к выходу Бадахшана, а также ряда других северных афганских провинций из-под контроля Кабула и Кандагара.

Признаки усиления военно-политической нестабильности в афганском Бадахшане впервые стали отчетливо проявляться во второй половине 2025 года. Они были в значительной степени связаны с борьбой различных этнических кланов в «Талибане» за контроль над двумя самыми прибыльными отраслями талибской экономики – добычей золота и транзитом наркотиков. В 2023–2024 годах золотодобычей в Бадахшане занимались почти исключительно местные авторитеты, прежде всего тесно связанные с начальником Генштаба армии «Талибана» Кари Фасихуддином Фитратом. Им активно помогали китайские бизнесмены, среди которых было немало сотрудников спецслужб КНР, использовавших «золотое» прикрытие для наблюдения за деятельностью боевиков уйгурских джихадистских групп, обосновавшихся в Северном Афганистане.

С 2024 года растущий интерес к проектам золотодобычи в Бадахшане стали проявлять лидеры талибского режима в Кабуле и Кандагаре. Тем более что денег в стране становилось все меньше, а стремление к личному обогащению у «ветеранов джихада», дорвавшихся до власти в разрушенной ими же за многие годы стране, только усиливалось. Наибольшую активность проявлял Хаджи Башар Нурзай – один из самых близких соратников эмира талибов маулави Хайбатуллы Ахунда. 

Он имеет репутацию не только реального «отца-основателя» движения «Талибан», вложившего в него первые инвестиции в 1994 году, но и главного куратора наркоиндустрии в стране. Башар Нурзай с помощью ряда местных сторонников, опираясь на силовые структуры режима талибов, начал «отжимать» у бадахшанских авторитетов золотодобывающий бизнес, а заодно и контроль над наркотранзитом в Таджикистан и Китай.

Разумеется, бадахшанские авторитеты отдавать сверхприбыльный бизнес отказались. Тем более что «кабульские» и «кандагарские» вели себя нагло, как колонизаторы, относясь к местным уважаемым людям как к людям второго сорта. Конфликт бизнес-интересов был отягощен этнической составляющей: бадахшанские командиры являются таджиками, а пришедшие отнимать у них бизнес талибы – пуштунами, опирающимися на поддержку пуштунской же верхушки талибского режима. В результате экспансия «кабульских» и «кандагарских» талибов в Бадахшан стала выглядеть не просто попыткой «отжать» ликвидные отрасли местного бизнеса, но и как стратегия демонтажа местных элит и баланса интересов в бадахшанском регионе, с обрушением его экономической базы и последующей колонизацией пуштунскими кланами из Южного Афганистана.

Очевидно, реакция на это со стороны бадахшанских командиров должна была рано или поздно последовать. Стремясь не допустить появления сильного, сплоченного бадахшанского сопротивления планам Кабула и Кандагара, талибы попытались сначала запугать, а потом купить лояльность некоторых местных авторитетов. С Имам Дином, известным талибом-таджиком из Бадахшана, например, проблем не возникло: он был уже включен в сетевую структуру Башира Нурзая, которая занималась наркобизнесом, и стал выступать в роли «злого полицейского», угрожая землякам и требуя от них полной покорности Кабулу и Кандагару. Кари Фасихуддин Фитрат избрал более изысканную линию поведения: публично сохраняя лояльность пуштунским лидерам «Талибана», он, как говорят, одновременно поддерживает закулисные связи и с местными авторитетами, готовыми перейти к силовому сопротивлению колонизаторам из обеих талибских столиц.

Первым на такой шаг решился влиятельный 34-летний командир Джума Хан Фатех, фактически контролирующий район Дарваз в Бадахшане. Сначала «кабульско-кандагарские» попытались нейтрализовать его, переместив из региона на должность вице-губернатора одной из южных, пуштунских провинций Афганистана. Однако после того как Джума Фатеху стало известно о том, что его пуштунские «друзья» уже подготовили для него двух террористов-смертников, он вернулся на родину и в начале июля поднял мятеж в Дарвазе, объявив об отказе подчиняться приказам из Кабула и Кандагара. Около трех недель талибы вели переговоры с Джумой Ханом Фатехом, одновременно перебросив в регион 2-тысячный корпус талибов-пуштунов из Гельманда и Кандагара. Однако на открытые боевые действия с бадахшанским мятежником лидеры «Талибана» не решились. И не только потому, что посланный ими пуштунский корпус оказался в ловушке в Бадахшане. Открытая война с Джумой Фатехом почти неизбежно привела бы к массовому народному восстанию в Бадахшане против режима талибов, после чего примеру бадахшанцев последовали бы жители и других северных провинций страны.

На момент написания этого текста было известно, что Джума Хан Фатех согласился прибыть в Кабул для переговоров с лидерами талибов. Гарантией его безопасности являются, по разным данным, от четырех до десяти пуштунских командиров «Талибана», которые остались в Дарвазе на положении почетных пленников (среди них – командир спецназа «Талибана»). Кабул и Кандагар отказались от требования разоружить бойцов Джумы Фатеха, которые продолжают заниматься привычным бизнесом в своем родном регионе.

Кризис с Джумой Фатехом обнаружил неожиданную слабость власти талибов в Северном Афганистане. Но настоящим апофеозом кризиса талибской системы управления стал рейд 25-летнего бадахшанского командира Абдул Каюма Маланга, который с 50 сторонниками, назвавшими себя Фронтом «Воины Отечества», в ночь на 17 июля захватил под свой контроль целый уезд Яфтали-Паин. Бывший боец спецназа армии республиканского Афганистана, не связанный с наркобизнесом и золотодобычей, Абдул Маланг за несколько часов и практически без единого выстрела овладел зданиями талибской администрации, полиции и службы безопасности уезда. Талибы добровольно сдали Малангу все свое вооружение, которое, по имеющейся информации, уже оказалось в руках ряда местных групп антиталибского сопротивления. Уезд Яфтали-Паин находился под контролем бойцов Фронта «Воины Отечества» лишь несколько часов. Однако значение этого события, по оценкам афганских наблюдателей, поистине историческое.

В успешной операции в Яфтали-Паине принимали участие бойцы новой группы антиталибского сопротивления, не связанные ни с Национальным фронтом Ахмада Масуда, ни с Фронтом свободы генерала Ясина Зии. «Это – красноречивый сигнал, что молодежь северных афганских провинций устала ждать обещанных Масудом и Зией побед в борьбе с талибами и начинает действовать сама, отзываясь на призыв своих по-настоящему смелых и решительных сверстников», – прокомментировал ситуацию один из бадахшанских наблюдателей.

Июльские события в Бадахшане могут иметь продолжение не только в этой провинции, но и в других районах Северного Афганистана, полагают афганские эксперты. Режим талибов столкнулся здесь с целым букетом новых вызовов и угроз – от конфликта бизнес-интересов до антиколониальной войны против пуштунской экспансии и «восстания молодежи», не желающей терпеть власть «яростных мулл».

Автор: Андрей Серенко, собственный корреспондент издания "НГ"

Источник - https://www.ng.ru/world/2026-07-19/1_9540_afganistan.html