***

Рост бюджетного финансирования ЖКХ России обгонит увеличение расходов на оборону

Доля нефтегазовых доходов снизится в 2026 году до рекордно низкого уровня.

Бюджет 2025 года пересматривали после первого утверждения еще два раза – весной и в начале осени. Такой же процесс переделок, вероятно, предстоит и новому бюджету-2026. Несмотря на предстоящие переделки, уже сегодня важно понять, какая конструкция доходов и расходов была заложена правительством в исходный текст документа, который был окончательно утвержден Госдумой в прошлый четверг. Независимые эксперты считают, что правительство хочет повысить устойчивость бюджетной системы за счет повышения налогов и сдерживания роста расходов в следующем году.

Общая сумма корректировки доходов и расходов федерального бюджета в текущем году превысила 5 трлн руб., что соответствует 14% всех запланированных поступлений в казну в 2025 году. Такая высокая гибкость финансовых планов правительства, кажется, делает бессмысленным анализ конкретных цифр нового проекта бюджета на 2026 год. Действительно: какой смысл рассматривать цифры федерального финансового плана, если они будут сильно изменены уже через несколько месяцев? Однако, несмотря на корректировку цифр, общая конструкция бюджета у правительства в течение года, как правило, не меняется: оно собирается больше занимать, больше собирать налогов, зажимать всевозможные индексации и финансировать самые необходимые расходы, которые будут постоянно увеличиваться.

Главный вызов для бюджетной конструкции – сокращение нефтегазовых доходов и растущая потребность в финансировании расходов. Ответом на этот вызов и стало повышение налогов в 2026 году.

***

Что происходит на планете и в каждом конкретном городе

прямо сейчас и в любой грядущий день, можно узнать тут:

https://ixyt.info/ru/USA/Costa-Mesa

Вставляйте в эту ссылку нужный город!

***

«Проектировки федерального бюджета отражают нацеленность финансовых властей на сохранение объемов ранее запланированных расходов в условиях предполагаемого снижения нефтегазовых доходов, что потребовало ряда существенных изменений в бюджетной политике», – объясняет научный сотрудник Института народнохозяйственного прогнозирования (ИНП) РАН Ксения Савчишина. Первое существенное изменение – это повышение налоговой нагрузки в части ненефтегазовых доходов. Наиболее существенное – от повышения ставки налога на добавленную стоимость (НДС) с 20 до 22%. Эта мера принесет дополнительный доход в федеральный бюджет в размере 1,4 трлн руб. в 2026 году, уверена Савчишина. Хотя ее коллеги из Института Гайдара считают, что правительство может рассчитывать на дополнительные доходы лишь в 0,8 трлн руб., то есть около половины от формально запланированного в бюджете-2026.

«Прогноз прироста поступлений по налогу на добавленную стоимость, оцениваемый Минфином РФ в 1,4 трлн руб., на наш взгляд, может не выполниться, поскольку предполагает не только реализацию наилучшей динамики основных макропеременных, но и непрерывный рост собираемости НДС. По нашим оценкам, существуют риски недополучения около 0,6 трлн руб. по НДС в 2026 году», – предупреждают эксперты Института Гайдара. По их прогнозам, повышение ставки НДС может привести и к сокращению других доходов бюджета в 2026 году.

«Усиление косвенных налогов может оказать разнонаправленное действие на экономику. С одной стороны, это создает инфляционный импульс и сужает пространство для денежно-кредитной политики, продлевая период высокой ключевой ставки и повышая стоимость обслуживания долга. С другой стороны, повышение ставки НДС и расширение числа его плательщиков увеличивают постоянные издержки бизнеса и может подтолкнуть часть компаний к уходу в тень или прекращению деятельности, что снизит собираемость ненефтегазовых доходов и усложнит достижение планов по поступлениям», – предупреждают в Центре макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП).

Повышение налоговой нагрузки в 2026 году будет полностью использовано для компенсации снижения нефтегазовых доходов, однако дополнительно потребуется расширение государственного долга более существенное, чем это предполагалось год назад при рассмотрении бюджета на 2025–2027 годы, отмечают в ИНП РАН. Дополнительный объем чистой эмиссии госбумаг в 2026 году составит 440 млрд руб.

Из общей суммы дополнительных расходов бюджета значительная часть приходится на национальную оборону и безопасность, ЖКХ и обслуживание госдолга. Действительно, именно по этим статьям наиболее заметна разница в проектировках расходов между законом о бюджете-2026 и прошлой версией трехлетнего плана на 2025–2027 годы. Финансирование ЖКХ увеличено на 559 млрд руб., расходы на оборону увеличены на 478 млрд, а обслуживание госдолга стало дороже на 425 млрд руб., подсчитали в ИНП РАН.

Долговую политику правительства РФ в Госдуме уже не первый год называют экономически абсурдной – при общем дефиците бюджета одной рукой Минфин откладывает деньги в свои резервы, а другой – занимает недостающие деньги под более высокие проценты. «Подобная политика уже привела к тому, что доля расходов на обслуживание долга от расходов бюджета увеличилась с 1,8% в 2008 году до 8,8% в бюджете на 2026 год, и это превышает расходы на образование и здравоохранение, вместе взятые. При этом доходы от вложения средств в Фонд национального благосостояния (ФНБ) в 6,5 раза меньше, чем совокупные расходы на обслуживание долга. Минфин и далее предлагает использовать сокращающиеся нефтегазовые доходы не на инвестиции, оборону, социальные расходы, а на приобретение иностранной валюты, создавая кругооборот средств для Московской валютной биржи (ММВБ)», – указывает депутат Госдумы Оксана Дмитриева.

«Еще причудливее выглядит положение о том, что средства ФНБ могут использоваться на приобретение государственных ценных бумаг. Допустим, бюджет получил нефтегазовые доходы. На эти средства он купил бумаги, который сам же и выпустил. То есть сам у себя взял в долг и сам себе будет платить проценты», – объясняет Дмитриева.

В новом бюджете заложено повышение расходов на нацпроекты, объем финансирования которых вырастет на 364 млрд руб. или +5,8% (относительно уровня, заложенного в бюджете на 2025–2027 годы). Однако рост финансирования будет очень избирательным: весь прирост финансирования придется на нацпроект «Семья» (+357 млрд руб.) и «Развитие космической деятельности» (+277 млрд руб.), тогда как по большинству остальных нацпроектов финансирование планируется сократить или перенести на более поздний срок, объясняет Ксения Савчишина.

Автор: Михаил Сергеев, зав. отделом экономики "Независимой газеты"

Источник - https://www.ng.ru/economics/2025-11-23/4_9385_2026.html

***

На потребительском рынке России столкнулись два типа экономики

Граждане по-прежнему ищут лучшее соотношение цены и качества. Глава Минфина Антон Силуанов анонсировал особые фискальные меры для продавцов на маркетплейсах. 

Рекордный статистический скачок зарплат не привел к реальному улучшению благосостояния населения. Потребители из года в год тратят на продукты питания около 35% расходов – признак застоя в материальном положении. Так что покупатели с воодушевлением отслеживают акции, скидки, программы лояльности – в том числе в онлайн-магазинах. Но если раньше развитие электронной коммерции воспринималось как достижение цифровизации, то теперь деятельность маркетплейсов, способных влиять на спрос в масштабах страны, озадачила Центробанк, Минфин и банки. Главный вопрос в том, не становятся ли потребители, о которых как будто беспокоятся все участники спора, жертвой ведомственных и лоббистских интересов в процессе передела сфер влияния.

Одно из громких экономических событий минувшей недели – разразившийся спор по поводу ценообразования, способов оплаты и налоговой дисциплины на маркетплейсах. Фактически сейчас столкнулись два типа экономики. Это традиционная экономика, в которой главные роли, в том числе роли инноваторов, уже распределены. И это экономика действительно новая – цифровая, платформенная: она пока не вписывается в привычные иерархии.

Противоборствующие силы – Центробанк, Минфин и крупнейшие банки, с одной стороны, и представители розничной онлайн-торговли, с другой стороны,   – заявляют о своей обеспокоенности издержками конечного потребителя, но в этом споре прослеживаются как ведомственные, так и лоббистские интересы. Это игра мускулами и передел сфер влияния, но под эгидой заботы о потребителях.

Пункт первый – скидки и программы лояльности на маркетплейсах. Представители крупнейших банков направили письмо председателю Госдумы Вячеславу Володину с двумя предложениями. Во-первых, обязать маркетплейсы устанавливать единую цену на товар вне зависимости от способов оплаты. Во-вторых, запретить маркетплейсам инвестировать в снижение цен: речь шла как про прямые скидки и акции, так и про косвенные формы – бонусы, возвраты, маркетинговые субсидии. 

Исключение предлагалось сделать для собственных товаров маркетплейсов и социально значимых категорий.

Как утверждают в банковской отрасли, это «позволит пресечь недобросовестную практику маркетплейсов устанавливать сниженную цену (скидку) при использовании платежной карты аффилированного с данным маркетплейсом банка». Введение предлагаемых мер, по заверению представителей сектора, не приведет к удорожанию товаров для населения, но поможет выровнять конкурентные условия.

Затем банкиры пояснили, что они не против скидок как таковых. Как можно было судить, их главная претензия была в том, что потребителей подталкивают хранить деньги и совершать платежные операции в обход крупнейших банков. Как считает глава Центробанка Эльвира Набиуллина, нельзя использовать разную цену в зависимости от того, какой способ оплаты выбирается, так как в этом случае не исключены злоупотребления.

Однако, по мнению Wildberries, «от запрета скидок пострадают миллионы потребителей по всей России, для которых товары станут дороже». Как сказала основатель Wildberries Татьяна Ким в видеокомментарии для РБК, «публичная и кулуарная агрессивная позиция крупнейших банков по отношению к скидкам при оплате банками маркетплейсов преследует единственную цель – циничное уничтожение конкурентов». По ее мнению, это приведет к «разгону инфляции».

По отраслевым оценкам, маркетплейсами в стране пользуются от 80 до 85 млн человек, из которых, как сообщают онлайн-продавцы, свыше половины живут вовсе не в мегаполисах, а в малых городах и селах. По прогнозу отраслевых экспертов, в случае принятия запрета на скидки цены для потребителей на маркетплейсах могут вырасти на 15–20%.

В Ozon напомнили, что банки, критикующие скидочные акции маркетплейсов, и сами применяют тот же подход для клиентов. При этом Ozon, как сообщало РБК, ранее уже решил расширить программу лояльности и распространить зеленые ценники на покупки, совершаемые не только с его картой, но и с другими платежными средствами тех банков, которые желают предоставить скидку на коммерческой основе.

На этом фоне в Telegram-каналах обсуждается версия, что в замкнутой экосистеме скидки маркетплейсов – если разобрать всю цепочку до конца – по факту делаются за счет повышения комиссий для продавцов, торгующих на этих площадках. А продавцы закладывают такие издержки в цены. После чего маркетплейсы как бы делают скидку. «Фактически маркетплейсы пытаются вручную управлять инфляцией, для чего диктуют условия поставщикам и принуждают покупателей переходить на свои финансовые инструменты», – полагает Telegram-канал Proeconomics.

Однако такое экспертное наблюдение вовсе не отменяет еще одного вывода, который наверняка сделали для себя многие покупатели, сравнив ценники в онлайн- и офлайн-рознице. На маркетплейсах цены на некоторые виды товаров часто не просто ниже, а существенно ниже, чем в офлайне: такая экономия достигается, например, благодаря тому, что при реализации товаров через маркетплейсы поставщику не нужно оплачивать аренду торговых площадей в дорогостоящих районах города (один из примеров – ценообразование на книги).

Хотя одновременно с этим те покупатели, которые изучают в онлайне не только маркетплейсы, но и другие каналы продаж, могли также заметить, что в ряде случаев – допустим, при покупке одежды – заказ, сделанный напрямую на сайте производителя, оказывается еще выгоднее по цене, чем на маркетплейсе. Но тут для потребителя может сыграть свою роль другой критерий – сервис: у кого удобнее доставка, есть ли возможность примерки или постоплаты, налажен ли быстрый возврат денежных средств.

Пункт второй – налоги. По расчетам Сбербанка, маркетплейсы в России из-за скидок на товары «не доплатили в этом году 1,5 трлн руб. налогов». «Мне неприятно, когда маркетплейсы забирают неправомерно долю на рынке у физических сетей за счет нерыночных условий конкуренции, созданных со стороны государства», – заявил глава Сбера Герман Греф (цитата Интерфакса).

Как затем сообщил в телеинтервью глава Минфина Антон Силуанов, некоторые продавцы на маркетплейсах не полностью соблюдают налоговое законодательство. «Есть над чем поработать. Соответствующие меры мы с налоговой службой выработали, будем их реализовывать», – сказал министр. Кроме того, по его словам, фиксируются отдельные случаи, когда иными недобросовестными лицами осуществляется ввоз на территорию РФ товаров, в том числе реализуемых через маркетплейсы добросовестными приобретателями, без уплаты косвенных налогов.

Комментируя ситуацию с налогами, в пресс-службе Wildberries пояснили, что маркетплейсы – это одни из крупнейших налогоплательщиков, «причем налоговая нагрузка на доход маркетплейсов выше, чем у розничных сетей в офлайне». При этом скидка – «это прямая выгода потребителя, которая позволяет ему экономить на товарах, а не доход торговой площадки». «Скидки предоставляются за счет маркетплейса в рамках программы лояльности с банком и никак не отражаются на доходе, который получит продавец». «Скидки... способствуют росту продаж и доходов производителей, а значит, и их налоговой базы», – отметили также представители Wildberries.

Наблюдая за схваткой, бизнесмен Олег Дерипаска поделился в Telegram-канале еще одним предположением: если часть вкладов граждан, «а это десятки триллионов рублей», плавно перетекут в банки маркетплейсов, то это может стать «сильным инструментом в борьбе с инфляцией». Как можно судить, такой сценарий станет реальным, если эти банки будут финансировать производство своих основных поставщиков, а также подстегивать спрос потребителей на такие товары.

И тогда, по мнению бизнесмена, «мы наконец-то сможем запустить так называемую экономику предложения». Если продолжать эту логику, то можно будет ожидать в том числе увеличения налоговых поступлений в бюджет благодаря повышению экономической активности в стране. В свою очередь, обычные покупатели продолжают и дальше искать лучшее соотношение цены и качества. Это следствие развившейся у населения финансовой грамотности, причем развившейся не по указке сверху, а вынужденно – из-за до сих пор относительно низких доходов.

Рекордный статистический скачок зарплат пока не привел к реальному улучшению благосостояния населения. Потребители из года в год тратят на продукты питания около 34–35% расходов – такие данные за 2021–2025 годы приводятся в обзорах Альфа-банка. «Этот косвенный индикатор говорит нам о том, что реального изменения благосостояния за этот период времени скорее всего нет, – сделал вывод канал Proeconomics. – В экономической науке есть правило: с повышением благосостояния доля затрат на еду снижается». В развитых странах она составляет, по экспертным данным, от 8 до 15%.

Автор: Анастасия Башкатова, заместитель заведующего отделом экономики "Независимой газеты"

Источник - https://www.ng.ru/economics/2025-11-23/1_9385_price.html

***

Серый сектор в экономике РФ растет за счет самозанятых

Плательщики налога на профессиональные доходы беднее среднего россиянина.

В России складывается парадоксальная ситуация: при одновременном росте числа зарегистрированных самозанятых увеличивается и количество неформально занятых россиян. На этот факт обращают внимание в Институте социально-экономических проблем РАН. Число законопослушных самозанятых пока уступает числу тех, кто предпочитает частично или полностью оставаться «в тени». Доля неформально занятых в РФ может приближаться к 28% с учетом скрытой занятости на предприятиях.   

Несмотря на создание правовых механизмов легализации деятельности самозанятых, значительная их часть продолжает трудиться в теневом секторе экономики. С таким заявлением выступила старший научный сотрудник Института социально-экономических проблем РАН Людмила Брушкова, участник исследования рынка труда в РФ.

В 2019 году в РФ был введен специальный налоговый режим – налог на профессиональный доход (НПД), что позволило легализовать деятельность миллионов трудящихся граждан. Эти самозанятые граждане получили льготные налоговые ставки: от 4% до 6% со своих доходов. Введение налогового спецрежима дало положительные результаты. Число зарегистрированных плательщиков увеличилось с 1,6 млн человек в конце 2020 года до 11,7 млн человек в октябре 2024 года. «А совокупный доход самозанятых за весь период действия режима превысил 3,6 трлн руб., при этом в бюджетную систему поступило более 217,3 млрд руб. налоговых платежей», – уточняет Брушкова. По данным Федеральной налоговой службы (ФНС), по итогам 2024 года самозанятые заплатили налогов почти на 100 млрд руб. Это в 1,6 раза больше, чем годом ранее, когда самозанятые перечислили немногим больше 63 млрд руб. На начало этого года число самозанятых в РФ достигло 12,2 млн человек, что на 3 млн больше по сравнению с 2024 годом. К концу сентября их численность была 14,6 млн человек, сообщила ФНС.

Однако, несмотря на стремительный рост числа самозанятых, доля занятых в неформальном секторе экономики не сокращается. А по разным оценкам, может и увеличиваться. Так, по данным Росстата, численность неформально занятых в третьем квартале 2024 года достигла 15,8 млн человек, что составляет 21,3% от общего уровня занятости и является максимумом с 2016 года, обращает внимание социолог. В 2025 году, по подсчетам статведомства, в стране в теневом секторе трудится около 13,8 млн человек, или свыше 18% всех работающих россиян. По расчетам экспертов РАН, доля неформально занятых в российской экономике может приближаться к 28% с учетом скрытой занятости на предприятиях.

В Институте народнохозяйственного прогнозирования (ИНП) РАН ранее замечали, что в ряде малообеспеченных регионах доля неформальной занятости превышает 30%. Социологи РАН такие парадоксы легализации связывают с ростом количества занятых по найму у индивидуальных предпринимателей и увеличением числа самозанятых, часть которых продолжает функционировать в теневом секторе.

Большая доля самозанятых трудится в таких сферах, как ремонт и строительство (7,2% от общего числа), ремонт и обслуживание автомобилей (6%), информационные технологии (4,5 %), а также бьюти-услуги. И именно в этих сферах традиционно высока доля неформальных трудовых отношений и наличных расчетов, что создает предпосылки для дополнительного сокрытия доходов, делает вывод Людмила Брушкова. По ее мнению, лимит самозанятых по годовому доходу в 2,4 млн руб., при превышении которого они обязаны менять систему налогообложения, как раз и стимулирует таких работников скрывать часть доходов или полностью уходить в теневой сектор, чтобы не переходить на менее выгодные налоговые режимы. Частично на это указывают и весьма скромные доходы среднестатистического самозанятого.

«Так, анализ информации портала YouDo.ru о востребованности и стоимости различных услуг продемонстрировал, что 86% самозанятых специалистов получают от своей профессиональной деятельности менее 10 тыс. руб. в месяц, 10,8% самозанятых получали доход в интервале от 10 до 30 тыс. руб. в месяц. И всего 3,2 % самозанятых получали более 30 тыс. руб. в месяц. Таким образом, большая часть самозанятости приносила ежемесячный доход ниже среднего по стране», – рассказывают в РАН.

Еще одна причина сохранения высокой доли теневой занятости – общее недоверие россиян к государству. «В ходе глубинного интервью с самозанятыми выяснилось, что одной из причин своего нежелания легализоваться ими называлось опасение быть «учтенными государством», так как, по их мнению, «государство в любой момент может поменять правила игры» и легальность может стать им невыгодной», – рассказывает автор исследования. По ее подсчетам, прямые фискальные потери государства от неуплаты налогов самозанятыми могут достигать 120 млрд руб. в год (при предполагаемом объеме скрытых доходов в 1–2 трлн руб.).

Не добавляют доверия специальному налоговому режиму и звучавшие ранее идеи по досрочному завершению налогового эксперимента для самозанятых и малого предпринимательства. В частности, в начале октября в Совете Федерации предлагали правительству проанализировать результаты налогового эксперимента и завершить его уже в 2026 году. В ответ на это в правительстве РФ пообещали не вносить изменения по налогам для самозанятых до 2028 года. «Никаких изменений в режиме работы самозанятых до истечения срока проведения эксперимента не планируется. Эксперимент проводится с 2019-го и завершится в 2028 году», – сообщали в правительстве РФ. В конце сентября глава Минэкономразвития Максим Решетников заявлял, что изменений в режиме работы самозанятых до 2028-го не предусмотрено.

Однако чиновники настоятельно советуют самозанятым начать самостоятельно отчислять средства в Социальный фонд для оформления самих себе больничных.

Тем не менее властей серьезно беспокоит злоупотребление режимом самозанятости. Речь идет об использовании статуса самозанятых для подмены реальных трудовых отношений. Так, по словам главы Минтруда Антона Котякова, сегодня и Минтруд, Роструд и ФНС совместно проводят проверки подмены трудовых отношений. «Мы 170 профилактических визитов (на предприятия. – «НГ») провели, поговорили с работодателями и увидели, что в 84% случаев мы правы», – заявил в середине сентября Антон Котяков, выступая на Всероссийской неделе охраны труда. При этом, по словам министра, Роструд продолжает проводить «профилактические проверки». Большинство проверенных чиновниками работодателей злоупотребляют режимом самозанятого и переводят свой персонал в этот режим, чтобы оптимизировать свои налоговые отчисления.

В Роструде отмечали, что только по итогам первого полугодия 2025 года ведомством было выявлено свыше 470 тыс. нелегально занятых работников, что почти на треть больше показателя прошлого года. За первые девять месяцев 2025-го удалось легализовать около 720 тыс. работников. Это почти на 100 тыс. больше, чем за аналогичный период прошлого года, сообщили в пресс-службе Минтруда.

Как объяснял глава Роструда Михаил Иванков, их численность выросла, так как и сама выявляемость теневой занятости повысилась. «С 2015 года мы занялись этой темой, в регионах были образованы комиссии по борьбе с нелегальной занятостью. Они работали, но полноценных полномочий не было. Теперь в новом законе о занятости появилась статья, которая ввела деятельность этих комиссий в правовое поле», – объясняют чиновники.

Автор Ольга Соловьева

Источник - https://www.ng.ru/economics/2025-11-23/1_9385_sector.html