***

Выборы в парламент Швеции, возможно, сфальсифицировали

Прокуратура страны подозревает подтасовку голосов избирателей

Через полторы недели после парламентских выборов в Швеции их результаты попали под сомнение. В лене (административной единице Швеции) Даларна началось прокурорское расследование по факту возможных фальсификаций. Пока подробности дела и доказательства нарушения процедуры голосования не раскрываются. Тем временем на кону стоят 11 мест в парламенте. А разрыв между победившим левоцентристским и правоцентристским блоком (последний в прошлом электоральном цикле формировал правительство) составляет всего три места.

Шведские СМИ 23 сентября сообщили об идущем расследовании, которое призвано дать ответ на вопрос, были ли результаты выборов в одном из округов сфальсифицированы. Сомнения в честности проведенного голосования возникли после победы члена Левой партии Мохамеда Абдукардира Али. Он политик сомалийского происхождения, который стал гражданином Швеции только в феврале 2026 года. В 2023 году в натурализации ему было отказано. Оба его брата были замешаны в криминале, один из них отбывал срок за покушение на убийство.

Шведской общественности он был малоизвестен, поэтому его избрание в Риксдаг (парламент) стало неожиданностью. Телеканал SVT сообщил, что были замечены лица, которые якобы раздавали уже заполненные бланки и на автобусах подвозили избирателей к участкам (возможно, таким образом победитель на выборах по округу и получил  свои 648 голосов). Сам Али отрицает, что знал об этом. «Это совершенно, совершенно неправильно. Я этого не делал. Я знаю закон. Мне доверяли во всех районах Даларны. И я не могу совершить такое серьезное преступление против шведского законодательства», – заявил Али. Местным СМИ политик сообщил, что сам удивился результатам, так как, по сути, не проводил предвыборную кампанию.

Предварительное расследование было начато после того, как Национальное подразделение по борьбе с коррупцией шведской прокуратуры получило информацию о том, что кто-то пытается повлиять на процесс голосования. Из-за недостатка доказательств дело закрыли. Через некоторое время прокурор Оскар Эдвардссон сообщил, что расследование возобновили после открытия новых обстоятельств. Однако подробностями Эдвардссон не поделился. Левая партия после начала расследования заявила, что Али возьмет паузу в своей политической деятельности. Пока все составляющие победы политика не будут установлены, он не будет участвовать в парламентских мероприятиях.

***

Что происходит на планете и в каждом конкретном городе

прямо сейчас и в любой грядущий день, можно узнать тут:

https://ixyt.info/ru/USA/Kirkland

Вставляйте в эту ссылку нужный город!

***

Шведская комиссия по пересмотру результатов выборов может принять решение о повторном проведении голосования или пересчете голосов в Даларне, если сочтет результаты сомнительными. Повторные выборы должны состояться через три месяца после принятия соответствующего решения. Это станет первым таким прецедентом в стране. Под вопросом окажутся 11 кресел в 349-местном парламенте.

Победивший левоцентристский блок, в который входят Левая партия, Социал-демократическая рабочая партия (СДРП), Партия охраны окружающей среды и Партия центра, получил 176 мест. У правоцентристского блока (Умеренная коалиционная партия, «Христианские демократы», «Либералы», «Шведские демократы»), формировавшего правительство по итогам выборов 2022 года, 173 парламентария. В Даларне у левых шесть мест, у правых – пять. За формирование правительства будет отвечать председатель СДРП Магдалена Андерссон.

Обычно избиратели выбирают между партиями близкого для себя блока, поэтому соотношение между двумя политическими силами может остаться прежним. Тем не менее сама фигура Али и связь его родственников с криминалом может пошатнуть доверие шведов к левым. Поэтому нет гарантий, что после перевыборов в Даларне (если они состоятся) право формирования исполнительной ветви власти останется у победившего блока. 

Автор Надежда Мельникова

Источник - https://www.ng.ru/world/2026-09-23/5_9588_sweden.html

***

У США и Дании старый договор – но новые правила

В Копенгагене считают, что "гренландский кризис" удалось разрешить в рамках действующего правового поля.

Когда 18 сентября сначала президент США, а затем главы правительств Дании и Гренландии объявили о достигнутом соглашении, касающемся обеспечения безопасности Гренландии и Северной Атлантики, датские СМИ и экспертное сообщество пытались в первую очередь донести мысль о том, что в документе отсутствуют существенные изменения по сравнению с действующим договором 1951 года об обороне Гренландии.

В действительности договор, подписанный 22 сентября с.г. в Нью-Йорке, упорядочивает предыдущую правовую базу и сложившиеся практики регулирования американского военного присутствия на гренландской территории. Это позволяет каждой из сторон заявлять о том, что она достигла желаемого или, по меньшей мере, желала достигнутого. Представляется, что для Копенгагена крайне важным оказалось закрепление в новом договоре ссылок на предыдущую правовую базу, и в особенности статья 4, где говорится, что стороны будут как можно тщательнее учитывать правила и условия создания военных объектов, закрепленные в договоре 1951 года и Соглашении Игалику 2004 года.

Несмотря на то что в Соглашении Игалику говорилось о том, что авиабаза Туле является единственным военным объектом США на территории Гренландии, это не отменяло возможности создания новых американских баз и элементов военной инфраструктуры, на что содержится прямое указание в первой статье упомянутого соглашения. Сокращение американской инфраструктуры в Гренландии в первые годы после холодной войны было в первую очередь решением самих США.

Вашингтон на тот момент стремился оптимизировать расходы на заграничные базы. В разгар холодной войны в Гренландии размещалось около 10 тыс. военных, сейчас – около 150–200 человек персонала на базе Питуффик, бывшей Туле. Аналитический портал Altinget приводит сведения о том, что общее количество элементов американской военной инфраструктуры в годы холодной войны в Гренландии достигало 27, в то время как в соглашении между Гренландией и Данией от 11 января 2018 года об устранении загрязнений, оставшихся от заброшенных американских установок и строений, указаны 17 локаций. При этом к 2026 году произведена очистка только четырех объектов, а на шести соответствующие мероприятия еще не начинались. Общий срок выполнения оставшихся работ сместился на 2033 год.

Проблема, связанная с присутствием США в Гренландии, скорее состояла в том, что в предыдущих документах и договорах не были указаны процедура и форма получения согласия Гренландии и Дании на создание новых объектов. Ранее эти процессы происходили в конфиденциальном порядке.

В соглашении 2004 года говорится лишь о том, что США будут «информировать и консультироваться с правительством Королевства Дания, включая гренландское самоуправление, перед осуществлением значительных изменений на своих военных объектах или в военной деятельности в Гренландии». А в договоре 1951 года сказано только, что правительства США и Дании могут на основе планов НАТО «согласиться» с созданием новых военных объектов, которые Дания не может создать и обеспечивать самостоятельно. Но сама процедура и условия достижения такого согласия в договоре 1951 года прописаны не были. Принципиально нова в нынешнем соглашении статья 4, где впервые описывается порядок согласования американских объектов на гренландской территории, но и она не исключает подводных камней. Что произойдет, если даже после прохождения всех этапов США, Дании и Гренландии не удастся уладить все спорные моменты?

Указание на модернизацию военно-космической базы Питуффик, строительство новых объектов в Нарсарсуаке и Местерс-Виге и возможность размещения в ускоренном порядке автономных военных установок не означает, что эти планы начнут реализовываться сразу же. Скорее всего Военное министерство США сначала должно подготовить соответствующие сметы, а затем, что более важно, соответствующие статьи расходов должны войти в американский оборонный бюджет и получить одобрение Конгресса. Учитывая продолжающиеся дискуссии о технической реализуемости «Золотого купола», параметры модернизации американского присутствия в Гренландии еще могут претерпеть изменения.

Несмотря на регулярные упоминания ресурсного потенциала Гренландии, ставка на развитие добывающей промышленности как основу будущей независимости, похоже, себя до сих пор не оправдала. Запуск разработки того или иного месторождения в Гренландии может растянуться на десятилетия. Примером служит австралийская компания Energy Transition Minerals (ETM), которая в 2007 году нацелилась на разработку Кванефьельда на юге Гренландии, одного из крупнейших месторождений редкоземельных элементов. Но из-за бюрократических процедур, экологических экспертиз, наличия урановой руды и радиоактивных элементов в породе и сначала отмены моратория на их добычу в 2013 году, а затем – его повторного введения в 2021 году, компания так и не приступила к реальной деятельности.

Характерно, что ETM в 2026 году начала дистанцироваться от китайских партнеров, устранив директора компании Shenghe Ressources из совета директоров. Доля владения Shenghe Ressources в ETM была сокращена – с 7,2 до 5,6%. Будет любопытно наблюдать, как на деятельность австралийской ETM в Гренландии повлияет статья 10 подписанного в Нью-Йорке соглашения, ограничивающая доступ государств и инвесторов из этих государств, не входящих в НАТО и (или) ЕС или не являющихся партнером НАТО, к инвестированию в чувствительные сектора гренландской экономики, ведь среди акционеров компании много частных лиц, в том числе китайского происхождения или косвенно связанных с Китаем.

Стоит обратить внимание: нынешний договор носит бессрочный характер и предполагает, что независимая Гренландия тем или иным образом останется в НАТО и возьмет на себя все права и обязанности Дании в отношении своей территории. Такая более жесткая привязка Гренландии к альянсу и задачам обороны США заметно снижает ее возможности для самостоятельной парадипломатии. А ведь еще в апреле в автономном парламенте от партии «Сиумут» прозвучало любопытное, но немного наивное предложение о том, что гренландскому правительству стоит на основе Илулиссатской декларации 2008 года инициировать саммит «арктической пятерки», в ряды которой входят Россия, США, Канада, Норвегия и Содружество Дании, Гренландии и Фарерских островов. Цель совещания, по мнению партии, заключалась бы в противостоянии растущей милитаризации региона. Но договор с США показывает, что Гренландия вряд ли сможет решиться на такой шаг. 

Автор: Никита Белухин – научный сотрудник отдела европейских политических исследований ИМЭМО РАН.

Источник - https://www.ng.ru/kartblansh/2026-09-24/3_9589_kb.html

***

Южная Корея согласилась вложить миллиарды в Соединенные Штаты

С помощью Сеула Трамп создает благоприятный фон для встречи с Ким Чен Ыном.

Президент США Дональд Трамп провел встречу с президентом Южной Кореи Ли Чжэ Мёном на полях 81-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН в Нью-Йорке. Речь шла, как того желал хозяин Белого дома, прежде всего о предполагаемых инвестициях Сеула в экономику США на 350 млрд долл. в обмен на снижение импортных пошлин на южнокорейские товары. Среди прочих вопросов, которые обсуждали два президента, – возможное возобновление контактов Трампа с лидером КНДР Ким Чен Ыном.

Первым южнокорейским объектом в США, куда пойдут инвестиции, обговоренные Трампом и Ли Чжэ Мёном, станет тепловая электростанция в Техасе, работающая на газовом топливе. Станция будет снабжать энергией центры обработки данных, связанных с искусственным интеллектом, и заводы по производству полупроводников. Сеул будет финансировать проект, который, как ожидают, в течение 20 лет даст доход в размере 43–45 млрд долл. Потом может последовать совместное строительство АЭС. Намечено также реализовать проект на Аляске с использованием сжиженного природного газа.

Кроме того, на переговорах обсуждалась тема снабжения топливом атомных подводных лодок, а также стремление Южной Кореи получить от США согласие на передачу контроля Сеулу над боевыми операциями во время войны.  Для президента Ли это очень важно. Хотя боевых действий на Корейском полуострове нет с 1953 года, то есть с того времени, когда закончилась разрушительная Корейская война, США продолжают держать в Южной Корее воинский контингент численностью примерно в 18 тыс. человек.   Он составит костяк объединенной группировки, если война возобновится. Это не устраивает пришедшее к власти в 2025 году правительство Демократической партии, которое подыгрывает националистическим настроениям в обществе.

В беседе с «НГ» Александр Воронцов, руководитель Центра корейских исследований Института востоковедения РАН, отметил: «Это давняя история. По существующему соглашению между США и Южной Кореей, заключенному в 1950-х годах, во время войны командование объединенными вооруженными силами Америки и Южной Кореи принадлежит США. Когда у власти, как сейчас, находятся южнокорейские демократы, они говорят, что это, мол, ущемляет суверенитет страны, мы на своей земле не можем командовать нашими войсками. Вот они и хотят, чтобы Южной Корее было передано оперативное командование ее войсками. Американцы прежде к этому без энтузиазма относились. А Трамп, напротив, считает, что союзники должны и платить США больше за свою защиту, и по возможности должны сами себя защищать. Исходя из этой своей позиции, он настроен более конструктивно к южнокорейским пожеланиям».

Ли также указал, что предстоящая в четверг, 24 сентября, встреча Трампа с председателем КНР Си Цзиньпином может способствовать развитию отношений Южной Кореи с Китаем. Словом, Ли всячески подчеркивал нерушимость союза с Америкой независимо от того, что ему приходится говорить дома своим избирателям.

Естественно, в отношениях между Вашингтоном и Сеулом очень важное место занимает тема Северной Кореи. Еще до встречи с Трампом президент Ли заявил на заседании Генассамблеи ООН, что Сеул выступает за восстановление контактов с Пхеньяном, будет работать во имя упрочения мира на полуострове и надеется в этом плане на поддержку международного сообщества. Впрочем, и в этом случае Сеулу приходится полагаться не столько на добрую волю Пхеньяна, сколько на Вашингтон.

Ли сказал Трампу, что надеется на его помощь в налаживании отношений с Северной Кореей. Трамп ответил, что поможет. Он также сказал, что установил хорошие отношения с лидером Северной Кореи Ким Чен Ыном. Никаких подтверждений, что контакты между Трампом и Кимом действительно налажены, пока нет. Есть лишь заявление президента США, что он согласен встретиться с лидером Северной Кореи и рассчитывает на такую встречу. Если действительно работа в данном направлении ведется, частичная передача Сеулу руководства над объединенной американо-южнокорейской группировкой может стать частью попытки создать хороший фон для встречи с Кимом.

Кажется, Трамп и Ли прекрасно ладят. Хозяин Белого дома пригласил Ли поиграть в гольф в Майами в конце года, когда там будет проходить саммит «большой двадцатки». Правда, как пишет The Guardian, Трамп критиковал Южную Корею за то, что она не поддержала войну США против Ирана. Президент Ли учел критику. Он сказал, что не пошлет своих военных на Ближний Восток, так как это грозит втянуть Южную Корею в конфликт с Ираном, однако пообещал усилить меры обеспечения безопасного судоходства в регионе. Сейчас этой цели служит всего один южнокорейский корабль, борющийся с пиратством у берегов Сомали.

Автор Владимир Скосырев

Источник - https://www.ng.ru/world/2026-09-23/1_9588_us.html

***

Трамп создает в США AI Force вопреки призывам ограничить ИИ

Президент Трамп отверг призывы ограничить развитие ИИ и объявил о создании в США "Сил искусственного интеллекта". Дискуссии о регулировании этой технологии разгорелись на фоне соперничества Пекина и Вашингтона.

Разработчики, предупреждающие об опасности для общества их собственных высокотехнологичных продуктов, - и власти, не желающее ничего с этим делать. Так выглядела ситуация, сложившаяся в первой половине сентября 2026 года в США на фоне опасений по поводу того, что новые модели искусственного интеллекта (ИИ) становятся слишком мощными м способными выйти из-под контроля.

Несколько специалистов и руководителей крупных компаний, занимающихся ИИ, призвали замедлить развитие этой технологии. В ответ американский президент Дональд Трамп опубликовал один из своих типичных постов в соцсетях, в котором отмахнулся от озвученных предостережений, назвав их "HOAX" (мистификацией, фальшивкой). Когда еще в истории экономики случалось, чтобы представители отрасли требовали ввести регулирование, которое может привести ее саму к банкротству, задал риторический вопрос президент. На этом фоне по меньшей мере неожиданностью стало заявление Трампа на минувших выходных, сообщившего о создании "Сил искусственного интеллекта" (AI Force) и назначении спецпредставителя - "царя ИИ" - для надзора над отраслью.

Что именно сказал Трамп по поводу регулирования ИИ

В своем очередном посте в Truth social хозяин Белого дома пообещал, что ни в коем случае не станет тормозить развитие технологии ИИ, но в то же время будет выискивать "плохое" в ней с помощью существующих правовых норм. "С этой целью я создаю AI Force", - уточнил президент. Кроме того, в ближайшем будущем он назначит спецпредставителя по ИИ. На эту должность подавать заявки Дональд Трамп пригласил кандидатов "с исключительно высоким IQ". Какими именно будут задачи и полномочия "царя ИИ" и какие ресурсы окажутся в его распоряжении, Трамп не уточнил.

По оценке наблюдателей, инициатива президента может быть попыткой сорвать планы губернатора Калифорнии Гэвина Ньюсома, представляющего Демократическую партию. Накануне тот объявил о создании органа по регулированию деятельности высокотехнологичных компаний, базирующихся в Кремниевой долине. Ньюсом, в частности, намерен обязать их встроить в свои программы "аварийную кнопку выключения", с помощью которой люди смогут останавливать вышедшие из-под контроля модели ИИ. Несколько штатов, в том числе и те, где у власти республиканцы, настаивают на введении регулирования отрасли.

Страх перед доминированием Китая в области ИИ

Нынешнее соперничество США и Китаем за доминирование в сфере ИИ иногда сравнивают с гонкой за первенство в освоении Луны, развернувшееся между Соединенными Штатами и Советским Союзом в 1960-х годах. В данный момент лидерами в развитии технологии ИИ эксперты называют несколько американских корпораций - и чтобы так и оставалось, президент Трамп, похоже намерен и далее предоставлять им полную свободу действий.

При этом речь идет не только об экономических интересах - у некоторых наблюдателей есть опасения, что если лидерство в области ИИ перейдет к Пекину, то Китай в итоге станет единственной сверхдержавой. Дарио Амодеи, гендиректор компании Anthropic, которая создала семейство больших языковых моделей Claude, в вызвавшей широкий резонанс статье предупредил не только о последствиях дальнейшего безудержного развития технологии ИИ, но и указал на возможные последствия конкуренции между США и Китаем в этой сфере.

"Если мы значительно ограничим возможности нашего ИИ, а Китай - нет, то эта технология может стать настолько мощной, что поможет Пекину достичь геополитического господства, - предупредил Амодеи. - Поэтому любое потенциально возможное соглашение должно либо предусматривать стопроцентную проверяемость (действий оппонента. - Ред.), либо быть настолько ограниченным, чтобы его нарушение не несло угрозы для безопасности в военной сфере".

Как выглядит регулирование ИИ в Китае

В Китае технологические разработки традиционно гораздо более тесно, чем в странах с рыночной экономикой западного образца, увязаны с целями государства. Еще в 2017 году Госсовет КНР утвердил план развития нового поколения искусственного интеллекта. В другом стратегическом документе предусмотрены этапы, преодолевая которые Пекин намеревается к 2030 году занять лидирующие позиции в сфере ИИ.

Контроль за соблюдением нормативных требований осуществляет в первую очередь Китайское управление по киберпространству (CAC), которое также выдает лицензии компаниям. Регулирование происходит таким образом, чтобы модели ИИ не противоречили официальной политической доктрине КНР. Так, китайский чат-бот Deepseek, как выяснила DW в начале 2025 года, дает исключительно лояльные властям ответы на политически деликатные вопросы, например о Тайване, подавлении протестов на площади Тяньаньмэнь в 1989 году или репрессивных мерах в отношении уйгуров.

Таким образом, основополагающий принцип регулирования ИИ в Китае сводится к ответу на вопрос, как эта технология соотносится с целями государства. В этом состоит ее явное отличие от системы регулирования, ориентированной на предотвращение рисков, что, в частности предусматривает закон ЕС об искусственном интеллекте (AI-Act) и что сейчас требуют ввести в США.

Подпишут ли США и Китай соглашения по ИИ

24 сентября президент США Трамп примет в Белом доме председателя КНР Си Цзиньпина, прибывающего в Соединенные Штаты с государственным визитом. Тема ИИ, вероятно, будет одной из самых важных на переговорах. Дело в том, что на повестке дня стоит предложение Вашингтона о создании механизма обмена информацией о серьезных угрозах, связанных с ИИ. Оно уже обсуждалось на встрече вице-премьера правительства Китая Хэ Лифэна и министра финансов Соединенных Штатов Скотта Бессента, состоявшейся в Нью-Йорке 20 сентября.

Бессент назвал ее "очень успешной", пояснив: "Мы считаем, что, как и в случае с любой другой трансграничной деятельностью, очень важно, чтобы две ведущие державы в области ИИ - номер один и номер два - двигались в направлении большей прозрачности". Станут ли они действительно это делать, скорее всего, зависит от лидеров США и Китая. Ведь для них возможные обязательства по обеспечению прозрачности в сфере ИИ - далеко не единственный спорный момент на грядущих переговорах.

Так, экспортные ограничения на самые современные микросхемы и редкоземельные элементы уже на протяжении многих лет остаются постоянной проблемной темой в отношениях Вашингтона и Пекина. Кроме того, остается вопрос о продлении рамочного двустороннего соглашения о торговле, истекающего в начале ноября. Хватит ли взаимного доверия для обоюдных уступок в сфере ИИ, станет ясно только после завершения переговоров Трампа и Си.

Автор Давид Эль

Источник - https://p.dw.com/p/5N5zt