***

ШОС сверяет амбиции с возможностями

Центральная Азия получила международное признание, но не гарантии исполнения общих решений. Жапаров, закрывая заседание саммита ШОС, отметил необходимость сохранения внутриструктурного диалога. 

Юбилейный саммит Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) в Бишкеке напомнил о двойственной природе объединения. За четверть века ШОС выросла из механизма урегулирования пограничных вопросов в площадку, охватывающую большую часть Евразии. Но вместе с числом участников росло и число несовпадающих интересов. Поэтому Бишкекская декларация и пакет программ свидетельствуют скорее о широте повестки, чем о способности быстро воплощать решения.

Для Центральной Азии значение ШОС этим не исчерпывается. Она стала одной из первых организаций, где молодые республики выступили не объектами чужой политики, а участниками многосторонних договоренностей. Регулярный диалог на одном уровне с Китаем и Россией, а затем с Индией, Пакистаном и Ираном обеспечил региону международное признание де-факто. Центральная Азия перестала восприниматься лишь как постсоветская периферия и получила собственный голос в вопросах безопасности, транзита и энергетики.

Президент Киргизии Садыр Жапаров предложил связать повестку ШОС с формированием справедливого многополярного мира при сохранении центральной роли Организации Объединенных Наций (ООН). Бишкек поддерживает реформу Совета Безопасности и намерен использовать членство в нем в 2027–2028 годах для взаимодействия ООН с региональными организациями. Жапаров выделил три направления: превентивную дипломатию, совместную борьбу с терроризмом, наркотрафиком и транснациональной преступностью, а также устойчивое развитие. Разногласия между странами, подчеркнул он, не должны закрывать каналы диалога.

В Бишкеке лидеры центральноазиатских стран говорили не столько о символах, сколько об институтах и инфраструктуре. Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев предложил Стратегию транспортной взаимосвязанности ШОС до 2035 года, цифровую платформу транзита, зоны трансграничной торговли и промышленные консорциумы. Расчет понятен: превратить географию региона из ограничения в актив, связав «Один пояс, один путь», Срединный коридор, маршрут Север–Юг и пути в Южную Азию.

Токаев поддержал Банк развития ШОС, предложив разместить его штаб-квартиру в Казахстане. На банк претендует и Киргизия, рассматривающий Бишкек или инвестиционную территорию «Тамчы» на Иссык-Куле. Пока не определены капитал, правила кредитования и местонахождение института, идея остается предметом торга. Нет единства и по расчетам в национальных валютах: юань, рубль и рупия отражают разные экономические веса и ожидания.

***

Что происходит на планете и в каждом конкретном городе

прямо сейчас и в любой грядущий день, можно узнать тут:

https://ixyt.info/ru/USA/Belmont-Cragin

Вставляйте в эту ссылку нужный город!

***

Президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев предложил концепцию «ШОС-2040: пространство общего развития», практический запуск банка, карту промышленной кооперации и Совет по интеграции железнодорожных пространств. Отдельный блок составили искусственный интеллект, открытый многоязычный корпус данных и форум по ИИ в Ташкенте. Для не имеющего выхода к морю Узбекистана железные дороги и единые транзитные правила – условие доступа к рынкам. Не случайно Мирзиёев назвал Центральную Азию стратегическим ядром ШОС. 

Президент Таджикистана Эмомали Рахмон потребовал ускорить запуск Антинаркотического и Универсального центров ШОС, усилить координацию против терроризма, экстремизма и радикализма. На фоне нестабильности в Афганистане для Душанбе безопасность границы важнее архитектуры далекого будущего. Так проявилось разделение труда: Астана продвигает транзит, Ташкент – промышленную и технологическую связанность, Душанбе – механизмы безопасности. Туркменистан в ШОС не входит, но президент Сердар Бердымухамедов принял участие в мероприятии в качестве приглашенного гостя. 

Саммит принял Бишкекскую декларацию, изменения в Хартию, программы борьбы с наркоманией и синтетическими наркотиками до 2030 года, план развития портов и логистических центров, «Зеленый технологический коридор» и концепцию региональных центров обработки данных. Но принятие документа в ШОС не равнозначно появлению общего бюджета. Организация действует на основе консенсуса, а реализация большинства проектов ложится на заинтересованные государства и инвесторов. Там, где нет источника финансирования, ответственного оператора и измеримых сроков, многосторонняя формула легко превращается в дипломатический каталог пожеланий. 

Наиболее реалистичны транспортные предложения. Они совпадают с национальными программами Казахстана и Узбекистана, китайским интересом к сухопутным маршрутам и стремлением России, Ирана и Пакистана развивать евразийский транзит. Однако единая стратегия до 2035 года потребует согласовать тарифы, таможенные процедуры, электронные документы и технические стандарты. Политическая поддержка здесь необходима, но недостаточна: коридор работает лишь тогда, когда устранено самое медленное пограничное звено.

Сложнее судьба Банка развития, «Зеленого коридора» и сети центров обработки данных. Банк затрагивает вопрос лидерства и контроля над ресурсами. Климатические инициативы не содержат твердых финансовых обязательств. Центры обработки данных (ЦОД) требуют больших вложений, устойчивой энергетики, совместимых правил хранения информации и доверия к трансграничному обмену данными. Наконец, приоритеты крупных участников не всегда совпадают: китайско-индийское соперничество, российско-западная конфронтация, напряженность между Индией и Пакистаном размывают способность ШОС действовать как единый экономический центр.

И все же оценивать ШОС только по числу построенных объектов неверно. Для Центральной Азии первый результат уже состоялся: регион закрепился на карте Евразии как самостоятельный участник, способный формулировать общую, хотя и не единую, повестку. Международное признание получено; экономическую субъектность придется доказывать исполнением предложений. Бишкекский саммит показал, что проекты и дипломатическая воля есть. Не хватает механизма, превращающего консенсус лидеров в обязательства правительств, банков и компаний. Здесь и пройдет граница между клубом деклараций и организацией практического сотрудничества.

Автор: Виктория Панфилова, обозреватель отдела политики стран ближнего зарубежья "Независимой газеты"

Источник - https://www.ng.ru/cis/2026-09-02/1_9573_asia.html

***

Москва и Ереван все ближе к разводу

Ереван взял курс на понижение уровня сотрудничества с Россией.

Главы России и Армении Владимир Путин и Никол Пашинян поздним вечером 1 сентября провели переговоры относительно будущего Еревана в Евразийском экономическом союзе (ЕАЭС). По словам армянского лидера, все прошло хорошо, и его даже пригласили в Москву для продолжения дискуссии. Впрочем, это оценочное суждение, с которым не все могут согласиться.

В целом публичная часть общения президента и премьер-министра свелась к вопросу о том, противоречит ли курс на евроинтеграцию Армении ее нахождению в ЕАЭС. Путин видит в этом проблему и предлагал коллеге провести референдум, чтобы не усугублять ситуацию. Судя по всему, он подозревает, что в текущей ситуации большинство армян проголосуют против, и на этом вопрос можно будет закрыть. В свою очередь, Пашинян даже не пытается скрывать, что народ пока не готов принять правильное с его точки зрения решение, и поэтому плебисцита не будет.

«Если честно сказать, принятие закона (о евроинтеграции) означало уже тогда (в 2025-м) отказ от идеи референдума. Потому что если тогда парламент не принял бы этот закон… Я хочу напомнить, что этот закон был инициирован гражданским обществом, то есть они собрали подписи граждан Армении, по Конституции есть такая возможность, и представили этот проект в парламент. Если парламент не принял бы этот закон, то инициаторы могли собрать еще 250 000 подписей, и, если на этот раз тоже парламент отказал бы, мы должны были бы провести референдум в Армении. То есть принятием этого закона, фактически получается, мы отказались от идеи референдума. И почему отказались? Потому что этот вопрос не созрел до того уровня, что можно было бы формулировать вопрос перед нашим народом», – сказал Пашинян. 

Тут можно было бы погрузиться в размышления о том, как это все соответствует демократическим принципам и европейским ценностям, которые так нравятся армянскому лидеру, но на повестке дня были более важные темы. К примеру, Пашинян заявил, что в Армении работают как успешные российские компании, которые развиваются и приносят республике много денег, так и те, которые не могут этим похвастаться. Это был явный намек на ЗАО (закрытое акционерное общество) «Армянская железная дорога» (АЖД), находящееся под контролем «дочки» Российской железной дороги (РЖД) ЗАО – «Южно-Кавказской железной дороги» (ЮКЖД). 

Примечательно, что в 2018 и 2019 годах армянские власти подозревали ЮКЖД в неуплате налогов. В ответ Москва пригрозила отказаться от прав на АЖД, и давление на организацию прекратилось. Впрочем, тогда была совсем иная геополитическая реальность, и об этом Пашинян тоже сказал, правда не произнеся слово «Карабах». «В течение последних лет ситуация, в общем в нашем регионе вокруг Армении изменилась, и нам кажется, что нужно посмотреть на ситуацию с этой точки зрения. Потому что отношения между Россией и Арменией в конфликтной обстановке – они имели другой смысл. А сейчас, когда в регионе установлен мир, нам кажется, что нужно посмотреть на ситуацию уже свежим взглядом. И я думаю, что это послужит развитию наших отношений, и мы имеем в виду углубление и развитие наших отношений, и это очень важно», – сказал глава правительства. 

Также Пашинян подчеркнул, что Армению нельзя выгнать из ЕАЭС, а сама она выходить из организации не собирается до тех пор, пока ее не пригласят в ЕС. По словам армянского лидера, никакого противоречия в таком подходе нет. Чтобы развеять сомнения Путина, Пашинян готов приехать в Москву и вместе с ним проштудировать все совместные договоры. Президента России все это не убедило. Он напомнил, что даже когда у Москвы были хорошие отношения с Европой, ей не удалось договориться о взаимодействии между ЕС и ЕАЭС. «В этой связи точно совершенно возникнут проблемы, связанные с поступлением через Армению европейских товаров на наш рынок, услуг и так далее. Там тысяча вопросов», – объяснил Путин. 

Уже после переговоров с Пашиняном, отвечая на вопросы журналистов, он сказал, что, если армянские власти изъявят желание, Москва готова даже вывести свою военную базу из Гюмри. Кроме того, он рассказал, что ОДКБ не стала защищать Армению от азербайджанской агрессии в 2021 и 2022 годах, так как не было армяно-азербайджанской границы и соответственно нельзя было точно сказать, кто на чьей территории находится. «Он (Пашинян) считал, что ОДКБ должна прикрывать определенные участки границы. А все члены ОДКБ говорят: нет, это совсем другая история – прикрывать определенные участки границы... Делимитации границы-то нет, нет никакого договора по границе, его не было и сейчас нет. А Азербайджан считает, что граница проходит вот на этом участке, а Армения считает, что вот на этом... А где договор?! Нет ничего! И как нам выстраивать эти отношения-то?», – пояснил Путин. 

Что касается новой реальности на Южном Кавказе, о которой в ходе переговоров упомянул Пашинян, то президент России видит в ней много плюсов для Еревана. «Можно перевернуть страницу и идти дальше уже без всяких конфликтов, без всего, людей устроить на новом месте жительства, разблокировать инфраструктуру, начать новую жизнь в экономике, открыть границы для инвестиций и так далее... Плюсов на самом деле тоже немало», – отметил Путин. Между тем на следующий день после переговоров Совет ЕС согласовал введение мер по либерализации торговли армянской продукцией сроком на два года. В Брюсселе подчеркивают, что в связи с российскими ограничениями на поставку армянских товаров Евросоюз вводит преференциальный режим в отношении 80% экспорта из Еревана. 

«Европа стоит рядом с Арменией и ее народом, которые выбрали четкий путь реформ и более тесного сотрудничества с Европейским союзом. Сегодняшнее решение посылает ясный сигнал: когда мы сталкиваемся с экономическим принуждением, ЕС будет реагировать. Мы создадим новые возможности и будем поддерживать наших партнеров», – заявила министр иностранных дел и торговли Ирландии Хелен Макэнти. Как рассказал изданию «НГ» научный сотрудник Института прикладных политических исследований (APRI Armenia) Сергей Мелконян, эти меры вряд ли дадут какой-то значимый положительный эффект в 2026-м, так как сезон выращивания овощей и фруктов подходит к концу, но в следующем году отдача возможна. При этом он считает, что решение Брюсселя не приведет к эскалации конфликта между Арменией и ЕАЭС, так как экспорт армянских товаров в ЕС никак не вредит интересам евразийской организации. 

«Что касается переговоров, то Пашинян и Путин договорились пересмотреть армяно-российские отношения. Вероятно, это главная позитивная новость, которую отметил в том числе премьер-министр Армении. В конце концов, Москва могла бы вообще отказаться от переговоров и просто оборвать сотрудничество в одностороннем порядке», – отметил Мелконян. Вместе с тем, по мнению эксперта, Ереван взял курс на понижение уровня сотрудничества с Россией. Это будет касаться всех сфер, включая оборону, энергетику, транспортную инфраструктуру и торговлю.

«Что касается Москвы, то ей нужно решить, хочет ли она сохранить свое влияние на Южном Кавказе или готова разводиться. Можно расстаться цивилизованно, как этого хочет Ереван, или с битьем посуды. Видимо, многое будет зависеть от следующего раунда переговоров. Возможно, чтобы минимизировать риски, перед этим Пашинян захочет встретиться с президентом Казахстана Касым-Жомартом Токаевым, который должен приехать в Ереван в октябре. А после этого можно делать какие-то выводы о том, что будет на саммите ЕАЭС в декабре», – сказал Мелконян. 

Автор Игорь Селезнёв

Источник - https://www.ng.ru/cis/2026-09-02/100_02092026_armenia.html

***

Гарибашвили продолжает расшатывать "Грузинскую мечту"

Премьера Грузии попытались связать с самоубийством правозащитника. Оппозиция обвиняет Ираклия Кобахидзе в уголовном преследовании бывшего премьера Ираклия Гарибашвили. 

Прокуратур Грузии вызвала на допрос бывшего премьер-министра Ираклия Гарибашвили и 10 лидеров оппозиции. Поводом для этого стало очередное письмо Гарибашвили, в котором он намекнул, что действующий глава правительства Ираклий Кобахидзе мог быть причастен к гибели правозащитника Лазаре Жорбинадзе. При этом представители оппозиции только ретранслировали сообщение экс-премьера и комментировали его в социальных сетях. 

Лазаре Жорбинадзе умер в апреле 2026-го. До этого он критиковал Ираклия Кобахидзе, в том числе за его пассивную позицию по грузинскому монастырю Давид-Гареджа, построенному в VI веке, а сегодня частично находящемуся на территории Азербайджана. По словам Жорбинадзе, он лично видел подписанный Кобахидзе секретный документ о передаче земли. Он утверждал также, что Гарибашвили тоже предлагали утвердить соглашение, но тот не стал этого делать даже за 250 млн долл. 

Примечательно, что «Грузинская мечта» использовала споры вокруг монастыря во время подготовки к парламентским выборам в 2020 году. Тогда партия власти утверждала, что часть комплекса оказалась на территории Азербайджана по вине правительства Михаила Саакашвили. Якобы «Единое национальное движение» продало Баку 3,5 тыс. га приграничной территории, утаив карту 1938 года, по которой монастырские земли числились грузинскими. Формально начатое шесть лет назад расследование продолжается до сих пор, но на деле о нем забыли сразу после выборов. 

Представители оппозиции считают, что их вызов на допрос доказывает наличие глубокого кризиса в «Грузинской мечте». По словам лидера «Коалиции за перемены» Ники Гварамии, он понятия не имеет, о чем у него хотят узнать следователи, потому что он ничего не знает о смерти Жорбинадзе. «Главное не наш допрос, а реакция Бидзины Иванишвили (основателя «Грузинской мечты»), Кобахидзе, это показывает, насколько сложная ситуация. Похоже, Иванишвили тяжело, и он понял слова Гарибашвили лучше нас», – отметил Гварамия. Одна из лидеров «Единого национального движения» Хатия Деканоидзе считает, что на допрос нужно было вызывать не оппозиционеров, а представителей правящей элиты, включая Иванишвили и Кобахидзе. 

Напомним, Гарибашвили приговорен к пяти годам лишения свободы по обвинению в коррупции и отмывании денег. Недавно против него было возбуждено еще одно дело по аналогичным статьям. Экс-премьер утверждает, что это связано с его популярностью в народе. По словам Гарибашвили, команда основателя «Грузинской мечты» Бидзины Иванишвили хочет исключить малейшую возможность его возвращения в политику, поэтому стремится уничтожить не только его репутацию, но и его родственников. Он заявил, что будет защищать себя всеми доступными средствами, и обрушился с критикой на членов правительства. 

В результате вице-премьер Мамука Мдинарадзе, считавшийся одним из самым приближенных к Кобахидзе людей, ушел в отставку, сославшись на психологическое перенапряжение. При этом с 2025-го его карьера развивалась стремительно. Из обычного депутата он вырос сначала в главу Службы госбезопасности, а затем в куратора всех силовых ведомств страны. Также в декабре прошлого года ему присвоили звание капитана госбезопасности, а в апреле – генерал-майора. 

Впрочем, в «Грузинской мечте» отмахиваются от разговоров о внутреннем расколе. По словам депутата от партии власти Димитрия Самархадзе, история Гарибашвили стала «очередным уроком того, насколько тяжело и трагично заканчивает карьеру человек, который предает идеалы, меняет родину, принципы и командное единство на личное материальное благополучие». «Очень печально, что один из бывших лидеров нашей команды опустился до такого уровня. Если бы я не знал, что это письмо от Гарибашвили, я бы подумал, что его написал Саакашвили. Это такой низкий поступок», – заявил другой член «Грузинской мечты», Леван Мачавариани.

Еще один представитель партии власти Тенгиз Шарманашвили отметил, что в истории Грузии есть примеры того, как люди, некогда приносившие большую пользу стране, в какой-то момент начинали работать против нее. «Глубинное государство могло повлиять на Гарибашвили, когда он был премьер-министром, или уже после этого… Доказательств у меня нет, но я убежден, что Гварамия, Гарибашвили и другие говорят одно и то же, потому что их координируют из одного центра», – отметил Шарманашвили. 

Автор Игорь Селезнёв

Источник - https://www.ng.ru/cis/2026-09-03/5_9574_georgia.html