***

Выборы в Госдуму РФ: в Кишиневе пусто, в Приднестровье очереди

Власти Молдовы разрешили открыть только один избирательный участок в посольстве РФ в Кишиневе. Вопреки им в Приднестровье открыли еще 15, за что российский посол получил ноту протеста.

Единственный в Молдове официально согласованный избирательный участок на территории консульского отдела посольства России открылся в воскресенье, 20 сентября, в 8:00 утра и выглядел абсолютно пустым. За первый час его работы отдать свой голос на выборах в Госдуму РФ пришло до полусотни человек, и такой темп сохранялся весь день. В основном это были люди пенсионного возраста, некоторые из них специально приехали из глубинки. В это же время в непризнанной Приднестровской Молдавской Республике (ПМР) заявили о высокой явке - уже к полудню отчитались об участии в голосовании более 21 тысячи человек на 15 участках.

Намерение ЦИК России открыть в Приднестровье изначально 16 избирательных участков для выборов в Госдуму вылилось в двухнедельный дипломатический скандал. Посол России Олег Озеров, который уже два года не может представить верительные грамоты президенту страны Майе Санду, 3 сентября был вызван в МИД Молдовы, где ему вручили ноту протеста в связи с несоблюдением международного права и нарушением суверенитета Молдовы.

Выборы в Кишиневе

Явку на выборах в Госдуму РФ в Кишиневе сделали пенсионеры. Некоторые из них, по их признанию, полвека прожили в Молдове, попав туда по распределению еще в советское время. Они сохранили российское гражданство и пришли отдать свой гражданский долг. Одна пожилая пара приехала с юга страны, для чего им пришлось встать в четыре часа утра и проехать более сотни километров до российского посольства - но они чувствовали, что должны так сделать.

Молодежь составляла не более пятой части от всех пришедших. Самым ярким моментом стал выход после голосования к волонтерам экзитпола двух двадцатилетних парней, приехавших в Молдову из России месяц назад. Они открыто завили, что не доверяют результатам выборов и выкрикнули лозунг "Слава Украине".

В остальном, если бы не усиленные патрули полиции, можно было бы и не заметить, что в посольстве РФ работает участок. Волонтеры инициативы "Голосуй за рубежом", проводившие независимый экзитпол в Кишиневе указали, что явка на выборах в Госдуму резко контрастирует с президентскими выборами 2024 года, когда к этому участку целый день стояла очередь.

***

Что происходит на планете и в каждом конкретном городе

прямо сейчас и в любой грядущий день, можно узнать тут:

https://ixyt.info/ru/USA/San-Diego

Вставляйте в эту ссылку нужный город!

***

Дипломатический конфликт и выборы в Приднестровье

В то же время в Приднестровье местные власти каждый час обновляли явку, демонстрируя небывалый энтузиазм. К полудню на каждый из участков в регионе в среднем пришло более 1400 избирателей, а в Тирасполе явка была в десять раз выше, чем в Кишиневе.

Однако живущий там правозащитник Степан Поповский отмечает, что на улицах региона не замечено агитационных материалов, и в целом ничто не говорит о какой-либо электоральной кампании. Касательно результатов подсчета голосов в Приднестровье, у него, как у юриста, давно нет доверия к официальным цифрам.

Голосование в непризнанной ПМР проходило на фоне острого дипломатического скандала. Получив в МИД Молдовы ноту протеста, посол России Олег Озеров 8 сентября приехал в Тирасполь и торжественно вручил первые восемь российских паспортов, оформленных для жителей региона по упрощенной процедуре. Это стало возможным после подписания в мае нынешнего года президентом РФ Владимиром Путиным указа, согласно которому жителям ПМР не обязательно проживать в России, владеть русским языком и знать ее историю.

В ответ вице-премьер Молдовы по реинтеграции Валериу Киверь назвал этот шаг "недружественным и безответственным", который противоречит статусу России как посредника в процессе урегулирования приднестровского конфликта. "Доверие непоправимо подорвано", - подчеркнул Киверь.

За пять дней до дня голосования к полемике присоединилась официальный представитель МИД РФ Мария Захарова, заявив, что ее ведомство рассчитывает на отсутствие "противоправных шагов Молдовы в связи с открытием в Приднестровье избирательных участков". Ей жестко ответил глава МИД Молдовы Михай Попшой предложив в ответ не препятствовать мирной реинтеграции Молдовы и не подрывать ее суверенитет путем незаконного сохранения войск и боеприпасов на левом берегу Днестра".

Выборы как ритуал лояльности

"Нынешние выборы в непризнанной ПМР это ритуал, призванный показать, что есть интерес приднестровцев к России и он якобы взаимный", - считает эксперт в сфере безопасности ассоциации WatchDog Андрей Курэрару. Также, продолжает он, нельзя исключать, что цифры в пару процентов, полученные в Приднестровье могут повлиять на общий результат этих непростых выборов в Госдуму России.

Есть и третий фактор, продолжает Андрей Курэрару, выборы проходят накануне отопительного сезона в Приднестровье, и это тест, насколько власти непризнанной ПМР смогут гарантировать уровень явки внутри региона. При этом, считает он, у России нет реального плана экономической помощи Приднестровью, поэтому предложена так называемая паспортизация - якобы до 60 тысяч человек в ПМР подали заявки на получение российского гражданства. "Дать гражданство РФ - это прокси-программа помощи приднестровцам", - говорит Андрей Курэрару.

Лидер непризнанной ПМР Вадим Красносельский проголосовал на участке, расположенном во Дворце Республики в Тирасполе. Для СМИ он объяснил ожидаемо высокую явку на выборах в российскую Госдуму чувством "оторванности от своей исторической родины - бывшей Российской империи и Советского Союза". По его словам, стоя в очереди на избирательный участок люди в этот момент являются реальной частью Великой Родины, России в большем смысле этого слова". При этом Молдову он назвал соседним государством, которое враждебно относится к Приднестровью.

Автор Александр Бураков

Источник - https://p.dw.com/p/5MwAv

***

Казахстан и Узбекистан создают общее платежное пространство

Россия пока контролирует инфраструктуру миграционных денег, а Китай – торговли и туризма. Казахстанские туристы в Узбекистане и узбекские в Казахстане вскоре смогут расплачиваться через приложения своего банка в смартфоне. 

Казахстан и Узбекистан приступили к созданию совместимой системы трансграничных QR-платежей. Проект пока находится на стадии технической проработки, однако его значение выходит за рамки банковских услуг. Если две крупнейшие экономики Центральной Азии свяжут национальные платежные платформы, жители региона смогут платить и переводить деньги через привычные мобильные приложения, не оформляя иностранные карты. Фактически речь идет о формировании общего платежного пространства – без наднациональных органов и договоров об экономическом союзе.

В сентябре национальная платежная система Узбекистана HUMO и Национальная платежная корпорация Казахстана подписали меморандум о сотрудничестве. Стороны намерены организовать взаимный прием QR-кодов: граждане Узбекистана смогут оплачивать покупки в Казахстане через местную систему, а казахстанцы – пользоваться UzQR в Узбекистане. Еще одно направление – переводы между картами двух стран из банковских приложений. 

«Для HUMO этот проект является важным шагом в развитии трансграничных платежных решений и укреплении финансовой интеграции в Центральной Азии», – заявил председатель правления HUMO Александр Сотников. Пока это не действующий сервис. Не определены сроки запуска, банки первого этапа, тарифы и механизм валютной конвертации. Регуляторам предстоит решить, как будут проводиться клиринг и окончательные расчеты, где станут храниться данные и какие правила идентификации клиентов будут применяться. 

Казахстан запустил межбанковские QR-платежи в 2025 году, а с 19 июля 2026-го в стране заработала система Единого QR под управлением Национальной платежной корпорации. Она позволяет расплачиваться приложением одного банка через терминал другого. По данным Нацбанка, уже в первые дни было обработано около 1 млн транзакций. Оператор берет с банков 0,05% суммы межбанковского платежа, для покупателя операция бесплатна. QR-код давно перестал быть в Казахстане нишевой технологией. В 2024 году число таких платежей на 26% превысило количество оплат картами через POS-терминалы. Примерно каждая вторая безналичная покупка проводилась по QR-коду, средняя сумма операции составляла 14 тыс. тенге. 

В Узбекистане одновременно объединяется внутренняя платежная инфраструктура. В 2024 году была завершена интеграция банкоматных сетей HUMO и Uzcard. К началу 2025 года банки насчитывали 52,9 млн пользователей дистанционных сервисов – речь идет об учетных записях, а не об уникальных гражданах. Объем операций физических лиц через мобильные приложения за год вырос в 1,6 раза, до 396,7 трлн сумов. Предпринимателям было выдано около 108 тыс. кодов в системе QR-online. «Когда национальные системы соединяются, региональная торговля ускоряется, а вместе с ней растет доверие», – отмечает генеральный директор Uzcard Давид Меликидзе. По его мнению, общая инфраструктура способна обеспечить одинаково быстрые и прозрачные платежи в Ташкенте, Бишкеке или Алма-Ате. 

Экономическая база для такого сближения уже существует. В 2025 году товарооборот Казахстана и Узбекистана увеличился на 16,2% и приблизился к 5 млрд долл. Поставленная президентами двух стран цель – довести его до 10 млрд. Казахстан занимает третье место во внешней торговле Узбекистана после Китая и России. Не менее важна мобильность населения. За январь–ноябрь 2025 года Узбекистан посетили 2,5 млн граждан Казахстана. В обратном направлении за год выехали около 1,3 млн узбекистанцев. Туристы, трудовые мигранты, небольшие гостиницы, кафе, магазины и транспортные компании могут стать первыми массовыми пользователями новой системы. 

Казахстанцу в Ташкенте или узбекистанцу в Алма-Ате сегодня нередко приходится снимать наличные либо выяснять, какое приложение принимает продавец. При взаимном признании QR-кодов достаточно будет открыть приложение своего банка. Простота этой операции скрывает сложную инфраструктуру – конвертацию валют, проверку клиента, передачу данных и расчеты между банками. Именно на этом уровне возникают основные трудности. «Проблема – в интерфейсе между рынком, развивающимся снизу, и подходом центробанков сверху. Отсутствие общих стандартов создает трение», – считает руководитель направления стейблкоин-решений Anchorage Digital Серджио Мелло.

Еще одним участником процесса может стать Китай. В августе Центробанк Узбекистана начал обсуждать с Tencent интеграцию UzQR с международными платежными экосистемами. Платформа TenPay Global, по данным китайской компании, уже взаимодействует более чем с 40 кошельками и платежными сетями из 13 стран и регионов.

На этом фоне возникает вопрос о соотношении китайского и российского влияния. Китай в 2025 году был крупнейшим торговым партнером Узбекистана: товарооборот достиг 17,2 млрд долл. против 13 млрд у России. Прием российских карт «Мир» в инфраструктуре Uzcard был приостановлен еще в сентябре 2022 года.

Однако говорить о вытеснении России преждевременно. Она сохраняет доминирующую роль в сфере трудовой миграции и переводов. В 2024 году из России поступило 77% трансграничных переводов в Узбекистан, или 11,5 млрд долл. Около 83% переводов из Казахстана за рубеж через специализированные системы проходило с помощью российской «Золотой короны».

Таким образом, Россия пока удерживает инфраструктуру миграционных денег, а Китай претендует на инфраструктуру цифрового потребления, торговли и туризма. У стран Центральной Азии появляется третий вариант – собственный региональный платежный контур, подключающий внешних партнеров в качестве технологических шлюзов.

Поэтому главный вопрос заключается не в том, кому принадлежит изображение QR-кода. Важнее, кто задает стандарт, маршрутизирует платеж, проводит валютную конвертацию, получает транзакционные данные и устанавливает правила доступа банков. От этого зависит, станет ли новая система инструментом финансовой самостоятельности Центральной Азии или приведет к новой технологической зависимости.

Региональная интеграция в данном случае развивается не сверху, а снизу. Ее двигают миллионы поездок, семейные переводы, маркетплейсы и повседневные покупки. Центральная Азия еще не стала единым рынком в политическом смысле, но постепенно становится им на экране смартфона.  

Автор: Виктория Панфилова, обозреватель отдела политики стран ближнего зарубежья "Независимой газеты"

Источник - https://www.ng.ru/cis/2026-09-21/5_9586_kazakhstan.html

***

Окно возможностей для Центральной Азии

Страны региона хотели бы отказаться от модели "ресурсы в обмен на технологии". Президенты Казахстана Касым-Жомарт Токаев и Южной Кореи Ли Чжэ Мён договорились вывести отношения на новый уровень сотрудничества. 

В Сеуле лидеры центральноазиатских государств и Южной Кореи обсуждали характер отношений между шестью странами и то, как они видят эти отношения в будущем. В центре внимания находились такие вопросы, как критические (редкоземельные в частности) минералы и цепочки поставок, совместное развитие транспортных коридоров, человеческий капитал, промышленная кооперация.

Формат диалога «5+1» уходит корнями в 2007 год, когда по инициативе Южной Кореи был запущен Форум сотрудничества. В 2017 году был создан постоянный секретариат при нем. Параллельно с этим прослеживается изменение статуса участников: до 2019 года обсуждения проходили на уровне заместителей министров иностранных дел шести стран. Прошедший сентябрьский форум впервые собрал на своей площадке лидеров всех шести государств – Казахстана, Киргизии, Таджикистана, Туркменистана, Узбекистана и Южной Кореи. 

Диалог на уровне президентов важен и по той причине, что в странах Центральной Азии традиционно высоко влияние первого лица государства, выступающего не просто проводником интересов страны на международной арене, но и арбитром во внутриполитических вопросах, нюансы которых надо учитывать при реализации внешнеполитических инициатив. Так, президент республики Казахстан Касым-Жомарт Токаев олицетворяет многовекторный подход центральноазиатских государств к внешней политике, демонстрируя при этом умение расположить к себе. В частности, во время своего визита в Сеул Токаев поручил министру культуры и информации Казахстана Арману Кырыкбаеву посетить мемориальный комплекс в южнокорейском Тэджоне с целью почтить память почитаемого в Корее генерала Хон Бом До, который стал символом антияпонского сопротивления в начале XX века. 

На первый взгляд прошедший саммит может показаться очередной дискуссионной площадкой, по итогам которой была принята показательная декларация, в данном случае Сеульская, с минимальными практическими результатами. Однако формат «Центральная Азия – Республика Корея» имеет вполне осязаемые перспективы, а интерес стран друг к другу носит взаимный характер. Центральноазиатские республики заинтересованы в доступе не просто к высокотехнологичной продукции, но и в трансфере технологий в области машиностроения, микроэлектроники, дальнейшей локализации производства на своей территории. Власти видят в этом способ преодоления несовершенств в структуре своих экономик, повышения уровня человеческого капитала. 

Кроме того, Южная Корея обладает эффективными технологиями использования ограниченных водных ресурсов, что крайне привлекательно для стран Центральной Азии, в которых около 50% забираемой для орошения воды теряется по причине неэффективного использования и износа инфраструктуры. В свою очередь, интерес Южной Кореи связан с поиском дополнительных рынков критически важных минералов (литий, уран, редкоземельные металлы), попыткой интеграции в Транскаспийский международный транспортный маршрут с целью надежного сухопутного транзита между Азией и Европой. И конечно, надо отметить желание снизить влияние Китая, который к 2026 году стал крупнейшим торговым партнером для каждой из стран Центральной Азии. 

Уже сейчас общий объем накопленных прямых инвестиций Республики Корея в страны Центральной Азии по ряду оценок составляет около 20 млрд долл., свыше 95% которых приходится только на Казахстан и Узбекистан. Примерно половину вклада в товарооборот между Центральной Азией и Южной Кореей, общий объем которого превышает 10 млрд долл., вносит непосредственно Казахстан. В данных условиях заключенные между Астаной и Сеулом коммерческие соглашения на сумму 19 млрд долл. призваны дать новый импульс дальнейшему углублению кооперации между двумя странами. С этой целью будет вестись работа над созданием «Комплексной программы торгово-экономического и инвестиционного сотрудничества на 2027–2030 годы». Особое внимание будет обращено на фактическую кооперацию профильных ведомств. В частности, министерств промышленности и экономики, которым предстоит не просто выработать рамки сотрудничества, но и полноценно его координировать, внедряя инструменты контроля за реализацией поставленных задач в приоритетных отраслях.

Таким образом, прошедший саммит должен восприниматься как окно возможностей для других центральноазиатских республик. Например, тот же Казахстан стремится отказаться от модели «ресурсы в обмен на технологии», параллельно производя продукцию с высокой добавленной стоимостью. Таким странам, как Кыргызстан и Таджикистан, необходимо проводить комплексные реформы, снижая зависимость своих экономик от денежных переводов и сельского хозяйства, поощряя развитие полноценного промышленного сектора. Кроме того, сегодня 87% товарооборота между странами составляет экспорт южнокорейской продукции. Соответственно, одной из задач саммита должен был стать поиск путей преодоления этого дисбаланса.

Тем не менее, несмотря на наличие ряда ограничителей, саммит «Центральная Азия – Республика Корея» подтверждает возросший в мире интерес к данному субрегиону Евразии в условиях сохраняющейся международной нестабильности, особенно на рынке природных ресурсов и их логистики. Российско-украинский и ближневосточные вооруженные конфликты создали предпосылки для поиска альтернативных транспортных маршрутов.

Страны Центральной Азии имеют все предпосылки воспользоваться преимуществами своего географического положения, задействуя многовекторный подход к внешней политике. Неслучайно центральноазиатские страны всячески стараются привлечь иностранные инвестиции, без которых им крайне непросто будет осуществить модернизацию своих экономик. Однако надо учитывать, что интерес к региону может начать ослабевать по мере деэскалации упомянутых конфликтов, особенно если многие положения так и останутся на страницах заключенных деклараций.  

Автор: Максим Соболев – эксперт сектора Центральной Азии ИМЭМО им. Е.М. Примакова РАН.

Источник - https://www.ng.ru/vision/2026-09-21/5_9586_asia.html