***

Материальное положение россиян ухудшается, несмотря на рост реальных доходов

Население тратит меньше, чем в предыдущие годы. Последние опросы населения показывают, что более четверти респондентов в РФ говорят об ухудшении своего материального положения, а о его улучшении заявляют менее 10% опрошенных. 

Именно такое соотношение позитивных и негативных оценок изменений благосостояния граждан закрепилось в нашей стране в течение последнего года. Росстат доложил о росте реальных доходов населения в первом квартале 2026 года на 1,5%. Однако, по данным банкиров, потребительские расходы сегодня определенно ниже, чем они были в те же периоды прошлого года. 

За последние два-три месяца материальное положение улучшилось у 8% граждан, сообщили социологи фонда «Общественное мнение» (ФОМ). Об ухудшении своего материального положения за те же последние два-три месяца заявили 26% россиян. Еще около 65% опрошенных в последние месяцы не заметили у себя значительных изменений материального положения. Таковы данные еженедельного всероссийского поквартирного опроса, который ФОМ проводил во второй половине апреля среди 1,5 тыс. россиян в 51 субъекте РФ. Статистическая погрешность таких опросов не превышает 3,6%, утверждают социологи. 

С марта прошлого года все больше россиян говорят об ухудшении своего материального положения. Если весной прошлого года об ухудшении говорили только 18% респондентов, то сегодня – уже более четверти. Доля тех, кто заметил улучшение своего материального положения, соответственно уменьшилась с 14 до 8%. 

Так, в ноябре прошлого года каждый четвертый респондент заявлял, что его материальное положение за последние два-три месяца ухудшилось. А об улучшении материального положения осенью прошлого года говорили те же 8% россиян. Для сравнения: летом 2024 года доля позитивных и негативных оценок изменений материального положения практически совпадала. В середине 2024 года 15% респондентов говорили об ухудшении своего материального положения, а 11% – о его улучшении. 

Нужно заметить, что подобные опросы отражают не только объективную картину изменения материального положения, но и эмоциональные настроения респондентов. До начала СВО социологи фиксировали у россиян всплески и провалы самооценок материального положения. Так, в относительно благополучном 2015 году об ухудшении своего материального положения говорили 46% респондентов, а об улучшении – только 4%. 

По данным ВЦИОМ, в апреле 2026 года около четверти населения испытывали преимущественно негативные эмоции, и численность этой группы увеличивается. При этом в группе россиян 1992–2000 годов рождения уровень тревожности и преобладания негативных эмоций достигает 41%. «Это поколение несет на себе высокую социальную нагрузку – профессиональную, семейную, экономическую: тревога перестает быть фоновым переживанием и превращается в доминирующий эмоциональный режим», – признают социологи ВЦИОМ. 

***

Что происходит на планете и в каждом конкретном городе

прямо сейчас и в любой грядущий день, можно узнать тут:

https://ixyt.info/ru/USA/Grand-Boulevard

Вставляйте в эту ссылку нужный город!

***

Очищенными от влияния эмоционального фона можно считать текущие данные о суммарных потребительских расходах, которые еженедельно публикует лаборатория «СберИндекс». Реальные потребительские расходы на последней неделе оставались ниже прошлого года на 1,1%, сообщили специалисты. Они подробно описывают недельные колебания безналичных потребительских расходов в разных товарных группах. Но общая статистика показывает, что текущие потребительские расходы россиян уже не первую неделю остаются ниже прошлогоднего уровня (с поправкой на показатели официальной инфляции). Важный итог первого квартала – резкое замедление роста реальных располагаемых доходов населения (сразу в пять раз по сравнению с аналогичным периодом прошлого года), произошедшее вопреки снижению инфляции (см. «НГ» от 30.04.26). Борьба с инфляцией преподносилась Центробанком как способ поддержания роста реальных доходов граждан: цены не должны «съедать» заработки и пенсии. 

Правда, в реальности граждане сталкиваются с последствиями ухудшения финансового положения своих предприятий. Ведь доля убыточных компаний в стране увеличилась сразу на 15% по сравнению с началом прошлого года.

Из-за ухудшения финансового положения компаний в РФ растут и долги по зарплатам. Суммарная задолженность по заработной плате на конец марта 2026 года составила 2130 млн руб., что выше уровня февраля на 6%. А по сравнению с январем мартовский уровень просроченных зарплатных долгов оказался выше уже почти на 15%. Впрочем, объем просроченной задолженности по зарплате еще далек от опасного уровня и пока не превышает 1% месячного зарплатного фонда предприятий. 

В феврале 2026 года (по последним оперативным данным) темпы роста средних зарплат остались практически без изменений: номинальная заработная плата увеличилась на 15% по сравнению с февралем прошлого года. С поправкой на уровень официальной инфляции годовой темп прироста зарплат сохраняется на уровне 8,6%.  

Реальные располагаемые денежные доходы (доходы за вычетом обязательных платежей, скорректированные на индекс потребительских цен) в первом квартале 2026 года по сравнению с соответствующим периодом предыдущего года увеличились на 1,5%, сообщил Росстат. В нынешних условиях, когда большинство экспертов ожидают стагнацию или даже экономический спад, каждая публикация Росстата становится особенно важной. Ведь именно сотрудники ведомства Сергея Галкина могут сообщать либо позитивные, либо негативные макроэкономические данные. 

Как уже сообщало издание «НГ», темп прироста доходов населения замедлился в пять раз по итогам первого квартала 2026 года. При этом предприятия столкнулись с цепочкой неплатежей, которая часто начинается с уровня государственных заказчиков.  

Автор:  Михаил Сергеев, зав. отделом экономики "Независимой газеты"

Источник - https://www.ng.ru/economics/2026-05-05/1_9489_income.html

***

Самозанятость становится фактором нестабильности

В стране увеличивается социально уязвимая группа населения. Самозанятые выбирают для себя разнообразные виды деятельности, в том числе экстравагантные. 

Численность самозанятых в России уже превышает 16 млн человек. Среди них как трудоустроенные граждане, совмещающие основную работу с официально оформленной подработкой, так и люди, которые, покинув рынок наемного труда, полностью посвятили себя бизнесу и столкнулись с главными рисками такого режима – с неопределенностью доходов, отсутствием полноценных социальных гарантий. Во втором случае такие самозанятые, как предупредили социологи, уже становятся одной из уязвимых категорий в нашем обществе. Для многих из них «актуализируются характеристики прекарности» – имеется в виду ненадежность и нестабильность их социального положения.

В стране появляется все больше самозанятых. На конец апреля такой статус имели примерно 16,4 млн россиян. По сравнению с прошлогодним показателем на ту же дату численность самозанятых увеличилась почти на четверть (на 24%). Самозанятость позволяет легально работать на себя, уплачивая налог на профессиональный доход. Его ставка варьируется в зависимости от источника поступлений: 4% – в случае получения дохода от физлиц, 6% – для доходов от юрлиц. Лимит по доходам  – 2,4 млн руб. в год. Но самозанятые уплачивают налоги только с реально поступивших доходов. Если заказов и заработков нет, то налог не взимается. 

Режим самозанятости можно совмещать с работой по трудовому договору: например, можно, имея основную работу, сдавать в аренду квартиру, обеляя полученные за нее платежи. Также самозанятость могут оформить индивидуальные предприниматели, но при условии, что у них нет наемных сотрудников и что их доходы укладываются в лимит. Некоторые иностранцы – граждане Украины, Белоруссии, Армении, Казахстана, Киргизии – тоже могут оформить этот статус. 

Налоговый спецрежим для самозанятых – экспериментальный и не бесконечный. Эксперимент стартовал в 2019 году, а завершится он в конце 2028-го. Что потом – поле для дискуссий. Социологи уже фиксируют обострение рисков, связанных с самозанятостью. Они обсуждались на прошедшей в Москве Грушинской социологической конференции (в начале этой недели на сайте конференции опубликовали стенограммы выступлений). 

Директор Института монголоведения, буддологии и тибетологии Сибирского отделения РАН Дамдин Бадараев рассказал о ситуации с самозанятыми на примере Республики Бурятия. Самозанятые в регионе трудятся в индустрии красоты, в сферах туризма, развлечений, искусства, транспорта, предоставления социальных и бытовых услуг, в сельском хозяйстве, в IT-отрасли. 

Проведенный в регионе анализ (фокус-группа) выявил главные проблемы самозанятых, которые, несмотря на региональный масштаб исследования, актуальны и для российской экономики в целом. Это нестабильность доходов, отсутствие базовых социальных гарантий, полная ответственность за все (самозанятый сам себе бухгалтер, менеджер, продавец, маркетолог), риски несправедливой оплаты и эксплуатации. 

Возникает все больше сомнений в совершенстве этого особого вида занятости. Возможно, самозанятость успешно решила задачу по увеличению сбора налогов за счет легализации части доходов граждан, но при этом она спровоцировала и новые социально-правовые противоречия. «Без внесения существенных изменений, направленных на устранение пробелов в социально-медицинском и правовом регулировании, статус самозанятости будет оставаться промежуточным и нестабильным, а самозанятые – одной из уязвимых категорий в нашем обществе», – ожидает Бадараев. 

Опрошенные изданием «НГ» эксперты, комментируя такие опасения, сделали несколько замечаний. Как пояснила доцент Российского экономического университета Фарида Мирзабалаева, с одной стороны, если принять во внимание, что самозанятые сами должны страховать свои риски, связанные с потерей работы, болезнью, наступлением нетрудоспособности, то это действительно очень уязвимая категория. С другой стороны, среди самозанятых немало высокооплачиваемых специалистов: программистов, юристов, врачей, чей доход гипотетически вполне позволяет им страховать все эти риски. 

В общих чертах ситуация такая, что если, например, самозанятый не уплачивает пенсионные взносы в Социальный фонд, он будет иметь право только на социальную пенсию, которая значительно меньше страховой. Сама группа самозанятых все же неоднородна. «У самозанятых может быть несколько видов занятости – например, они могут одновременно работать в найме, и в этом случае работодатель платит за них обязательные страховые взносы. Кроме того, самозанятые могут уже находиться на пенсии и использовать режим самозанятости для подработки или сдачи в аренду квартиры. Поэтому фактическая ситуация с будущим финансовым положением самозанятых может быть не такой уж мрачной», – считает руководитель отдела компании «Финам» Ольга Беленькая.

 Кроме того, как она напомнила, с этого года были приняты меры по расширению социальных гарантий для самозанятых. Так, с 1 января 2026 года начался эксперимент, позволяющий самозанятым получать пособия по временной нетрудоспособности (больничные). Но опять-таки необходимое условие для этого – добровольная уплата взносов в Социальный фонд, причем не менее чем за шесть месяцев. Другое дело, что, судя по результатам фокус-группы, о которых говорил Бадараев, многие самозанятые воспринимают такие добровольные взносы как финансовую нагрузку, а не как инвестицию в будущее или подстраховку. 

Уязвимость и противоречивость положения самозанятых обсуждается в экспертной среде не первый год. «С одной стороны, работник свободен в своем выборе заказчика, графика работы... С другой – занятость его не гарантирована, мало защищена как от макро-, так и от микроэкономических рисков», – поясняла в одном из исследований доцент социологического факультета РГГУ Мирослава Цапко (выходило в составе коллективной монографии «Прекариат: становление нового класса»). Удаленные форматы, проектная деятельность, стартапы как будто легко вписываются в такую форму трудовых отношений, удобных, казалось бы, и для работника, и для работодателя, и для государства. «Вместе с тем для заметной части самозанятых эта форма регистрации деятельности только актуализирует характеристики прекарности», – поясняла Цапко. Под прекарностью (от латинского precarium – «нестабильный, негарантированный») понимается временность, ненадежность положения. 

Член-корреспондент РАН, почетный доктор Института социологии РАН Жан Тощенко описывал становление в России нового класса прекариата, включая в него занятых на неформальной работе (без заключения трудового договора), занятых на временной работе, тех, кто трудится неполный рабочий день или занимается сезонными, эпизодическими подработками, занятых заемным трудом (когда посреднические фирмы нанимают работников и передают их другим предприятиям для выполнения заказов). Кандидатами в состав прекариата ученый называл фрилансеров. 

Логично предположить, что среди кандидатов в прекариат, причем вне зависимости от отрасли и дохода, будут и многие самозанятые из-за неопределенности своего будущего. Еще острее эта проблема в тех случаях, когда к оформлению такого статуса работников подталкивают отдельные работодатели, стремясь оптимизировать отчисления. «Одна из основных характеристик прекариата – неустойчивость отношений», – подтвердила Мирзабалаева. Сейчас та самозанятость, статус которой уже оформили миллионы граждан, носит именно что экспериментальный характер. И к данной форме занятости, по мнению эксперта, следует относиться весьма аккуратно, чтобы эти самозанятые не ушли в тень. Между тем, как уточнила Мирзабалаева, сама по себе самозанятость, меняя названия и формы, существует все-таки длительное время (это и «шабашники», и ремесленники, и занятые в личном подсобном хозяйстве). 

Автор: Анастасия Башкатова, заместитель заведующего отделом экономики "Независимой газеты"

Источник - https://www.ng.ru/economics/2026-05-05/1_9489_factor.html

***

О бюджетной поддержке интернет-ограничений

Можно ли добиться 92-процентной эффективности борьбы с VPN

В начале этой недели, когда тема ограничений мобильного интернета снова заострилась, журналисты и блогеры обнаружили на сайте Роскомнадзора документ, в котором прямо говорится о планах борьбы со средствами обхода блокировок, то есть VPN. Конкретно – ставится цель к 2030 году «достичь среднего уровня эффективности ограничения доступа к средствам обхода блокировок VPN за счет сигнатур» в 92%.

Зачем нужно это прописывать, особенно с датами и процентами? Так ведомство обосновывает получение бюджетной субсидии «Главным радиочастотным центром» (ГРЧЦ) на «обеспечение функционирования автоматизированной системы обеспечения безопасности» российского сегмента интернета. Субсидия предусмотрена в размере 20 млрд руб. на 2026 год и на такую же сумму в 2027–2028 годах. Борьба с VPN – одна из нескольких задач, которые берется решить Роскомнадзор.

Нужно сказать, что тема средств обхода блокировок постоянно всплывает, когда представители ведомства общаются с журналистами. Например, в последнее время все чаще говорилось о возможной дополнительной плате, которую операторы мобильной связи могут взимать с тех, кто пользуется VPN. Никаких окончательных решений пока, как кажется, не принято. Но, как и в случае со многими ограничениями в интернете, граждане просто могут быть поставлены перед фактом, и им придется адаптироваться к новой реальности.

Документ, обосновывающий получение ГРЧЦ значительной субсидии, составлен по всем бюрократическим правилам. При этом остается непонятным, что именно подразумевается под 92-процентной эффективностью. Собирается ли Роскомнадзор к 2030 году заблокировать 92% существующих VPN? Или же речь идет о том, что лишь немногие россияне через четыре года смогут пользоваться средствами обхода ограничений?

Неясно, как этого можно добиться. На место заблокированных VPN приходят новые. Тяжело подсчитать, какой процент блокируется, равно как и сколько таких сервисов в принципе существует в любой момент времени. Не менее сложно оценить, сколько граждан пользуется VPN, сколько перестало это делать из-за блокировок и т.д. Однако все это рассуждения в рамках обычной логики. Бюрократическая логика порой расширяет человеческие возможности. Если ты не можешь что-то подсчитать, это вовсе не значит, что ты не можешь отчитаться об успешно выполненной задаче. Трудности подсчета – это одновременно и трудности проверки подсчитанного. Другими словами, на бумаге вполне можно зафиксировать 92-процентную эффективность блокировок, а длительный срок придает отчетности достоверность.

Показателен и сам процесс, порождающий такого рода документы и субсидии. Сначала власти решают, что гражданам нужно ограничить доступ к некоторым ресурсам. Как правило, это соцсети или информационные сайты. Именно в этот момент многие пользователи интернета узнают, что существуют средства обхода блокировок. Никогда прежде они к ним не прибегали – не было повода. Власти не принимают при этом законы, запрещающие или криминализирующие использование VPN. Депутаты и чиновники говорят журналистам, что таких планов нет. В ряде организаций средства обхода блокировок и вовсе устанавливаются корпоративно, потому что людям доступ к запрещенным ресурсам необходим для работы.

Таким образом, создается ранее не существовавшая сетевая реальность. И в этой реальности начинается охота на VPN и подобные сервисы, которая может длиться бесконечно, потому что одни создают, а другие блокируют, одни запрещают, а другие придумывают, как обойти запрет. И сейчас, и в 2030 году, и даже спустя 15 лет можно будет заявить, что борьба ведется успешно, продемонстрировать «трофеи» и, вероятно, получить новые субсидии.  

Источник - https://www.ng.ru/editorial/2026-05-05/2_9489_red.html