***

В России магазины вместе с банками отсеивают покупателей

Российским потребителям все сложнее доказывать свою кредитоспособность.

Магазинные кредиты (POS-кредиты) на бытовую технику, электронику, стройматериалы, мебель или одежду становятся для российских покупателей тоже роскошью, право на которую доказывать все сложнее. Доля отказов по заявкам на потребительские займы, оформляемые непосредственно в точках продаж, сейчас колеблется на уровне 85–86%. Одобрение получает лишь каждая седьмая такая заявка. Кредиторы отсеивают рискованных и спонтанных покупателей, вынуждая их искать альтернативные способы оплаты.

В условиях жесткой денежно-кредитной политики российские банки сохраняют низкий аппетит к риску. По данным Национального бюро кредитных историй (НБКИ), доля отказов по заявкам на POS-кредиты сейчас стабилизировалась на уровне 85–86%. «С середины 2024 года она не опускалась ниже 80%», – сообщил «НГ» директор по маркетингу НБКИ Алексей Волков. POS-кредиты – экспресс-займы, предоставляемые гражданам непосредственно в магазинах «на месте», без посещения банка (от англ. point of sales – «торговая точка», «точка продаж»).

Такой формат кредитования обычно востребован при покупке бытовой техники и электроники, стройматериалов, мебели, ювелирных украшений, одежды и обуви, причем уже не только в традиционной офлайн-рознице, но и в онлайн-магазинах. По статистике кредиторов, передающих сведения в НБКИ, например, в июле средний размер POS-кредита составлял 70 тыс. руб. Сроки POS-кредитования сейчас удлиняются. Это позволяет снизить для заемщика размер ежемесячного платежа. Теперь такие займы выдаются в среднем на полтора года.

«То, что наиболее высокие показатели отказов отмечаются именно в POS-кредитовании, вызвано тем, что этот вид кредитов изначально ориентирован на заемщиков, склонных принимать спонтанные решения. Поэтому риски здесь изначально выше, а доля отказов – больше», – пояснил изданию «НГ» Волков. Есть и другая отличительная черта POS-кредитов. «Ими часто пользуются люди с относительно невысоким доходом, который они к тому же не могут подтвердить официально», – сказал изданию «НГ» директор по маркетингу платформы Webbankir Алексей Варпаховский.

Ужесточения, однако, касаются не только магазинных кредитов – это более масштабная тенденция. «В августе банки отказывали почти по 78% всех заявок на розничные кредиты и по 76% заявок на кредиты наличными. То есть проблема выходит за пределы покупок в магазинах. Скорее всего доля отказов будет расти», – сказал изданию «НГ» научный сотрудник лаборатории Института Гайдара Кирилл Черновол. В частности, он напомнил, что с 1 апреля 2026 года банки больше не могут рассматривать любые регулярные поступления заемщика как доход: теперь они могут учитывать только те поступления, у которых есть маркировка «зарплата», «пенсия» и т.п.

***

Что происходит на планете и в каждом конкретном городе

прямо сейчас и в любой грядущий день, можно узнать тут:

https://ixyt.info/ru/USA/Paradise

Вставляйте в эту ссылку нужный город!

***

«А с 1 июля этого года заявленные заемщиком неподтвержденные доходы (например, человек просто заявил в магазине, что у него зарплата 200 тыс. руб.) могут учитываться только на 90% и только не выше суммы среднедушевого дохода по региону», – продолжил Черновол. Кроме того, с третьего квартала Центробанк ограничил долю прочих потребительских кредитов заемщикам с высокими показателями долговой нагрузки. «При этом если человек тратит половину своего дохода или больше на обслуживание текущих финансовых обязательств, велик риск, что новый кредит он уже не получит. При расчете долговой нагрузки учитывается только официальный доход», – добавил Варпаховский.

Но за потребителей с высоким уровнем кредитоспособности банки сейчас ведут конкурентную борьбу. «По заявкам на POS-кредиты от таких заемщиков доля отказов в настоящее время составляет 66%», – сообщили в НБКИ. Помимо денежно-кредитных мер эксперты сослались на еще один фактор, влияющий на перспективы заемщиков, – ухудшение ситуации с реальными располагаемыми доходами населения. «Все больше россиян не проходят скоринг (оценку кредитоспособности. – «НГ») из-за нестабильных или низких доходов, и это автоматически увеличивает долю отказов», – обратила внимание доцент Российского экономического университета им. Г.В. Плеханова Мария Ермилова.

Интрига в том, куда идут и что делают те покупатели, которым в магазине отказали в оформлении кредита. По оценкам финансового советника компании Rodin.Capital Алексея Родина, после отказа клиент может полностью передумать совершать покупку лишь в 10–15% случаев. Это особенно полезно, если речь идет об эмоциональных решениях: появляется время – своеобразный период охлаждения, – для того чтобы еще раз все взвесить и успокоиться.

«В остальных случаях покупатель будет искать альтернативу. Это может быть рассрочка, кредитная карта, заем в микрофинансовой организации», – перечислил Родин. В крайнем случае, по его словам, возникает риск, что клиент обратится к нелегальному кредитору. Ермилова также упомянула, что альтернативой, с точки зрения потребителей, могут стать онлайн-займы, микрофинансирование, включая теневой сектор. Есть и другие варианты действий: найти более дешевый аналог желаемого товара, а также обратиться ко вторичному рынку (покупке товаров, уже бывших в употреблении) либо к аренде необходимой техники.

По данным, которые привел Родин, на долю POS-кредитования приходится лишь 2–3% от всего розничного кредитования, и за 10 лет доля сегмента снизилась почти в три раза. Поэтому для банковской системы различные риски, связанные с POS-кредитами, в целом минимальны, считает он. Но одновременно с этим, судя по прогнозам Ермиловой, массовые отказы в POS-кредитах могут спровоцировать замедление роста розничной торговли – прежде всего в сегменте бытовой техники и электроники. 

Автор: Анастасия Башкатова, заместитель заведующего отделом экономики "Независимой газеты"

Источник - https://www.ng.ru/economics/2026-09-22/1_9587_consumer.html

***

Россиянам не до частных домов

Индивидуальное жилищное строительство обвалилось почти на четверть.

Логичное следствие экономического охлаждения в России, угнетающего спрос и инвестиционную активность, – жилищное строительство оказалось в глубоком минусе. По итогам января–августа оно сократилось на 14% по сравнению с аналогичным периодом 2025-го. Главная тенденция этого года: теперь обваливается именно индивидуальное жилищное строительство (ИЖС), хотя еще недавно оно было драйвером всей отрасли, который помогал правительству получать удовлетворительную для отчетов статистику по совокупному вводу жилья.

Минстрой фиксирует трудности с вводом жилья в некоторых регионах, но план по строительству в целом по стране около 100 млн кв. м в 2026 году будет выполнен, сообщил журналистам министр строительства Ирек Файзуллин. По итогам прошлого года в стране было построено 108,1 млн кв. м жилья. Отрасль еле-еле показала околонулевой рост – на 0,3% по сравнению с 2024-м, следует из отчетов Росстата. Сейчас ситуация хуже. «В целом мы видим падение по сравнению с прошлым годом на 14%», – сообщил вице-премьер Марат Хуснуллин, приведя данные по итогам января–августа 2026-го. Главной тенденцией этого года стал сильнейший обвал именно индивидуального жилищного строительства, которое еще недавно было основным драйвером всей отрасли. В январе–августе оно снизилось на 23,5% в годовом сопоставлении. 

«У нас многоквартирное жилье выросло по объемам ввода почти на 8%... Но пока провалилось ИЖС», – подтвердил Хуснуллин. Повлияли высокая ключевая ставка и проблемы с доступностью ипотеки в сегменте ИЖС, следовало из объяснений вице-премьера. Как пояснил изданию «НГ» коммерческий директор компании «Метриум» Дмитрий Проскурин, снижение ИЖС связано с высокой базой 2025 года, когда был достигнут рекордный результат в истории загородного рынка – 63,5 млн кв. м построенного в частном секторе жилья. «В прошлом году спрос на коттеджи комфорт- и бизнес-класса активно рос в преддверии ужесточения условий семейной ипотеки, а также в ожидании завершения дачной амнистии», – добавил он.

Помимо этого, как считает эксперт Российского экономического университета им. Г.В. Плеханова Юлия Коваленко, сказываются очередные поведенческие изменения. Ведь в течение 2020–2024 годов – и особенно в разгар пандемии – компании в основном переходили к удаленным форматам работы, поэтому часть семей решали приобрести земельный участок и вложить средства в строительство индивидуального дома. Но сейчас маятник качнулся в противоположную сторону: работодатели возвращают сотрудников полностью к очному формату либо в крайнем случае допускают гибридный формат, когда сотрудник хотя бы несколько дней должен присутствовать в офисе. И пусть косвенно, но это тоже начинает сказываться на рынке загородной жилой недвижимости.

Рост же активности застройщиков в секторе многоквартирных домов (МКД) объясняется в этом году, по мнению Проскурина, во-первых, отменой моратория на штрафы в пользу дольщиков за перенос ввода домов, во-вторых, завершением тех объектов, которые изначально планировалось ввести в строй в 2025 году, но затем сроки пришлось сдвинуть. Однако, как уточнил эксперт, несмотря на разнонаправленную динамику индивидуального и многоквартирного строительства, показатели ввода в сегменте ИЖС все равно более чем в полтора раза выше, чем в городских новостройках. По данным Росстата, в январе–августе из 58 млн кв. м всего построенного в стране жилья на частные дома приходилось около 62%, или примерно 36 млн кв. м, а на МКД соответственно лишь 38% (около 22 млн кв. м).

Поэтому, как считает Проскурин, частное домостроение, несмотря на все трудности, по-прежнему остается драйвером для строительной отрасли. Хотя этот драйвер теперь и сам требует особых стимулов.

«Мы подготовили целый ряд мер. Это и дополнительное увеличение земельных участков, и более упрощенные процедуры их передачи, более расширенный объем градостроительных потенциалов. Надеемся, это даст нам дополнительный прирост ввода ИЖС», – перечислил вице-премьер Марат Хуснуллин.

А в Минстрое сообщили о планах вернуть предположительно в 2027 году специальную программу «Стимул», сфокусировав ее теперь не на всем жилищном строительстве, а именно на ИЖС. Напомним, программа «Стимул» действовала с 2018-го по 2024 год в рамках федерального проекта «Жилье» нацпроекта «Жилье и городская среда». Она предполагала софинансирование из бюджетной системы затрат застройщиков на возведение вместе с домами необходимой населению инфраструктуры.

Сообщалось, что благодаря этой программе за время ее действия построили и обновили около 1,6 тыс. км дорог, ввели 203 объекта образования, 12 медучреждений и 2 тыс. км инженерных сетей. Судя по оценкам Минстроя, почти 13% всего возведенного за тот же период жилья «так или иначе связано с программой». Из недавних заявлений Файзуллина следовало, что возвращенная программа будет направлена на поддержку инфраструктуры, связанной с индивидуальным жилищным строительством.

Во многом перспективы ИЖС будут зависеть от того, как изменятся параметры льготной семейной ипотеки после 1 октября, уточнил также Проскурин. По его мнению, в будущем вновь не исключен переток клиентов на загородный рынок, где квадратный метр традиционно стоит дешевле, чем в городской новостройке. Возобновление программы «Стимул», по его словам, тоже должно простимулировать ИЖС.

Автор: Анастасия Башкатова, заместитель заведующего отделом экономики "Независимой газеты"

Источник - https://www.ng.ru/economics/2026-09-23/2_9588_house.html

***

Одиночные домохозяйства меняют экономику России

Россияне тратят все больше денег на питомцев, и меньше – на детские товары.

В первом полугодии 2026 года продажи зоомагазинов в России прибавили 5–8%, тогда как продажи детских товаров, по оценкам консалтинговой компании CMWP, просели на 8–14%. Отечественный рынок зоотоваров в 2025 году достиг 590 млрд руб. и вырос на 15,8%; почти 83% этой суммы – корма, а корма для кошек – 347 млрд руб., около 59% всего рынка. В городах к концу 2025 года жило больше 61 млн питомцев – на треть больше, чем в 2018-м.

Похожий перекос уже стал нормой там, куда Россия только подбирается. В Японии кошек и собак больше, чем детей до 15 лет, а рынок товаров и услуг для домашних животных в 2025-м оценивался в 880 млрд иен. В США, по данным опроса американской исследовательской компании The Harris Poll 2026 года, 40% взрослых при выборе «питомец / оба / ребенок» предпочитают животное; 55% зумеров и миллениалов думали построить жизнь вокруг питомца без детей, а 83% владельцев говорят, что питомец «как ребенок».

Сегодня самый массовый тип домохозяйства в России – один человек в одной квартире: по итогам переписи 2020–2021 годов таких 41,8%, около 27,6 млн человек, а средний размер домохозяйства сократился с 2,7 человека в 2002 году до 2,2. Цифру переписи оспаривают – панельные опросы дают долю ближе к четверти, чем к двум пятым, но направление то же: квартира все чаще не делится ни с партнером, ни с ребенком.

У хозяина такой квартиры типичный набор трат постепенно меняется: часть денег, которая раньше уходила бы на ребенка, сегодня оседает в ветеринарных клиниках и зоомагазинах. Похожий путь уже прошли Швеция, Норвегия, Германия и США, где доля одиночек росла десятилетиями, прежде чем из статистической аномалии превратиться в норму: сегодня в Скандинавии в одиночку живет почти каждый второй.

Первым эту логику заметил рынок жилья. В московском сегменте комфорт- и бизнес-класса доля студий выросла с 5 до 13% за период с 2020 по 2026 год, однокомнатных квартир – с 26 до 38%, а трехкомнатных упала с 23 до 13%. Застройщики строят для покупателя, который платит за метры один и не планирует делить их с семьей. 

За этим стоят деньги. Та же логика прослеживается и за пределами России: по расчетам Всемирного экономического форума и Всемирной лаборатории данных, одиночки в Европе тратят в среднем 32,7 тыс. долл. в год на человека, тогда как в домохозяйствах из пяти и более человек – только 14,7 тыс. Свобода распоряжаться бюджетом в одиночку обходится недешево, и именно в этой разнице – источник всего, что происходит дальше в этой истории. 

Одиночное домохозяйство теряет главное финансовое преимущество семьи – эффект масштаба. Аренда, коммунальные платежи, страховка не делятся на двоих-троих, и обязательные траты автоматически занимают в бюджете большую долю. У пары с детьми часть расходов предсказуема и фиксирована на годы вперед, а у одиночки высвобождается именно свободная часть бюджета – та, которую можно направить куда угодно. 

Куда именно уходит эта свободная часть, показывает рынок зоотоваров. Его подъем совпал по времени с падением совсем другого рынка: в первой половине 2026 года продажи зоомагазинов выросли на 5–8%, а продажи детских товаров одновременно упали на 8–14%. Российский зоорынок оценивается в 590 млрд руб., больше половины этой суммы – корма для кошек. Например, зоонаправление одной из крупнейших российских сетей, специализирующейся на продаже детских товаров, за девять месяцев 2025 года выросло на 65%, до 5,4 млрд руб., продажи одежды для животных удвоились. А сама компания при этом закончила год с убытком на фоне падения рождаемости. Похожую траекторию раньше прошла Япония, где питомцев уже больше, чем детей до 15 лет, а один из крупных производителей подгузников выпустил линейки для собак и кошек, потому что уход за животными приносит больше маржи, чем товары для младенцев.

И это рациональное поведение потребителя. Одиночки охотнее оформляют страховки и берут расходы не первой необходимости, а качества жизни – ветеринарная страховка, платная передержка, премиальный корм стоят немало, но воспринимаются как разумная трата, потому что рядом нет альтернативной статьи расходов вроде школы или кружков. В семье с детьми похожие суммы почти автоматически уходят на ребенка. У одиночки альтернатива есть всегда, и рынок вырос именно потому, что научился продавать не корм, а спокойствие и привязанность.

Точную долю одиночек в России посчитать сложно: перепись дает 41,8%, панельные опросы РМЭЗ (Российского мониторинга экономического положения и здоровья населения) – около 31% на конец 2023 года, а коммерческие оценки в 47% к 2025 году нуждаются в проверке. Разные методики считают по-разному, но направление у них общее. Государство пока нового направления не заметило. Национальный проект «Семья» и пониженная эффективная ставка НДФЛ рассчитаны на домохозяйства с детьми, а бездетный одиночка платит полную ставку 13%. Рынок недвижимости, зоотоваров и страхования уже перестроился под новую структуру семьи, а налоговая система все еще считает, что типичная российская семья – это родители и дети.

Автор: Лада Розанова – доцент, заведующая кафедрой экономической и правовой безопасности Университета управления ТИСБИ.

Источник - https://www.ng.ru/kartblansh/2026-09-23/3_9588_kb.html